Софи даже не моргнула, увидев меня полуголым: не то чтобы я был тщеславен, но вспоминая реакцию Ари…
– А Джерад? – поинтересовалась Софи. – О нем ты ничего не сказал, а раньше первым делом: «Джерад то, Джерад сё».
Хмыкнув, я ушел в спальню, чтобы выбрать из кучи нестиранного белья футболку. Я переоделся и долго не отвечал, смотря на себя в зеркало шкафа: в глазах презрение. Я сжал ладонь правой руки в кулак и прислонил к зеркалу. Джерад, значит.
– Стив?
– Он ушел из группы. – Сказать это – пережить заново. – Работает ди-джеем в клубах. – Подавив желание разбить костяшки о зеркало, я вернулся на кухню, где Софи занималась приготовлением яичницы. – Не хочу об этом говорить, – добавил я и налил в стакан воды. – Так вышло.
– Но вы же, – Соф повернулась. – Вы друзья! Меня раздражала ваша дружба, настолько вас невозможно было отлепить друг от друга!
– Тебе какая к чертям разница?! – рявкнул я, глядя в ее большие карие глаза. Конечно, Андерсон хороший для всех! Особенно для Штерн, которая знать его не знает – ей никогда не хотелось наладить контакт с моими друзьями. – Ты что-то скрываешь от меня?
– Что? – Соф пропустила смешок. – Я и этот деревенский придурок?!
Я не оценил юмора. Ари тоже презирала его, а теперь делит постель.
– Отлично! – Софи бросила подгоревшее блюдо на тарелку. – Вот какого ты обо мне мнения! Считаешь, я трахаюсь с твоими друзьями? Да как ты… – Она от возмущения не нашла слов и направилась к выходу из кухни. – Ешь в одиночестве! У меня пропал аппетит!
– Соф.
– Заткнись, Стивен! – Она качнула головой: темные локоны коснулись ее щек, пряча миловидное лицо. Софи выпалила: – Поэтому у тебя мало друзей: во всех ты видишь подвох!
– Но он, – я прикусил язык, чуть не проболтавшись. Получается, Софи и правда неизвестно о нашем горе-треугольнике (с Асоль – четырехугольнике, с Софи – пятиугольнике). Наверное, с показами и фотосессиями ей некогда читать прессу, или неинтересно.
– Что он? Что? При чем тут я?! – бушевала Софи.
– Он… Он может с любой, понимаешь? – Я подошел так близко, что ее обжигающее дыхание чувствовалось на губах. – Не хочу потерять тебя.
Она молчала.
– Правда. Прости. – Я взял ее за руку.
Мне вдруг стало жутко. Если и она уйдет…
– Прощаю, – тихо ответила Софи. – Но не смей считать меня шлюхой!
– Я и не называл тебя…
Софи закрыла мне рот поцелуем, и я не сдержал стон, когда ее руки обхватили мою шею, углубляя поцелуй. Свои ладони я положил на тонкую талию девушки. Идеальная. Полюблю ее.
Ари
Скрывать зависимость нетрудно: я мало общаюсь со старыми друзьями, отдыхаю с Джерадом и его компанией, они без проблем обеспечивают меня наркотиками. С Робби больше не связываюсь и с содроганием вспоминаю ломку. Стыдно перед Стивеном, поэтому употребляю Neon Сloud редко, убеждая себя, что так не подсяду. Я успею соскочить, не впервой. Но дни тянутся и поразительно напоминают время в притоне: не убежать, не обрести покой. Я вновь потеряла смысл. Это – свобода? Вернулись кошмары, панические атаки. И некому рассказать. Незачем. Джер хороший, но отношения с ним – бесконечная тусовка.
– И давно ты снова нюхаешь, Ари?
Я вздрогнула, пойманная с поличным. Эмилия застыла на пороге танцевальной студии и наблюдала, как я ползаю по линолеуму и прячу в карман джинсов купюру и остатки порошка.
– Ну, – пискнула я, улыбаясь.
Подруга вздохнула, подобрала край длинного сарафана и села рядом.
– Какая свадьба, ты вновь в депрессии. Всё отменяется.
– Слышать ничего не хочу! – возмутилась я. – Нет у меня депрессии. Просто нашла старые запасы и подумала прикончить их, чтобы глаза не мозолили, – сбивчивой ложью и быстрым темпом речи я напоминала конченную наркоманку. – Откладывать долгожданное событие из-за моих проблем – глупо.
– Но…
– Всё готово, – серьезно добавила я, поднявшись с пола, Эми вскочила следом. – Мы выбрали музыку, блюда!..
Эмилия неуверенно кивнула, и мы спустились вниз. До открытия клуба оставалось полчаса, поэтому мы, как всегда, проводили время за болтовней.
– Отозвать пригласительный Рэтбоуна?
Я усмехнулась, вслед за Эмилией опустившись на табурет.
– Бесполезно бежать…
– Найдет и убьет! – Толчок в спину, огненные пряди посыпались на мое лицо. Асоль сияла, а меня крутило от чувства вины.
– Точно, – сухо пробормотала я.
Эмилия отвела глаза.
– Завтра вечеринка в честь помолвки! – Асоль закружилась в легком белом платьице. Я молчала, понимая: завтра Асоль увидит меня и Джерада вместе (пока я врала, что нашла сожителя и переехала на побережье). – Танцуем до упада в честь Эмилии и Джеймса Алленов!
– Пока еще я не Аллен, – пробормотала Эмилия.
– Ой, плевать, – махнула рукой Асоль. – Пойду, переоденусь, тусовки – тусовками, а работать надо. Мы с тобой на соседних тумбах, Ари!
Когда Асоль убежала на второй этаж, в гримерку, Эмилия многозначительно хмыкнула.
– Что? – пытаясь унять жар щек, выдохнула я. – Не могу… Не могу!
– Да уж, пусть увидит, – с горьким сарказмом сказала Эмилия.
– Могу попросить Джерада не приходить.
