Ужасно устал и хочу спать. Ведь ночь не сомкнул глаз, потому что рядом была Варя. Возможно, поступил по-дурацки, когда напал на эти желанные губы с диким поцелуем, но не мог устоять.
— Не дам развода, слышишь? — донёсся до моих ушей, крик Лены.
— Я предполагал это, — развернувшись ответил ей. — вероятнее всего ты забыла кое-что, — намекнул ей, и она тут же поменялась в лице.
— Милый, — ласковых тон, и два шага ко мне. — давай не рубить сплеча? Нам ведь хорошо вместе, может все таки исполнишь мужской долг?
— Нет, — и захлопнул дверь.
— Это все из-за неё, да? — стук по двери. — бесит эта сука, — в голосе нотки истерики, а я улыбнулся.
— Ленааа, — протянул я. — если я живу с тобой, это не значит, что и спать я должен с тобой, и штамп в паспорте ничего не значит.
Упал на кровать, так и не раздевшись. Тут же провалился в сон. В сон, в котором мне снилась моя девочка.
Мы ехали на машине Вари, куда-то по трассе. Я с интересом наблюдал за ней. Красивая, желанная и моя.
Варя, кинула взгляд на меня и улыбнулась. Остановила машину и прежде, чем я успел спросить в чём дело. Она перелезла ко мне на колени, отчего в джинсах наступило восстание.
Ее губы встретили мои. Настойчиво. Дерзко. Страстно.
— Ненавижу тебя, — выдохнула в мои губы. — Ненавижууу, — на выдохе.
На ней было легкое шифоновое платье, и мои руки моментально накрыли упругую попу. Сжал. Скользя своими пальцами между ее бёдер, чтоб кончиками пальцев провести по ее трусикам.
Влажно.
— Как влажно, — триумфальным шепотом.
Но, как только я хотел проникнуть пальцем в ее душу. Она отстранилась.
— Я не могу с тобой, — взгляд пьяный от желания. — ты предал меня. Но ты знаешь, что делаешь со мной, когда вот так разговариваешь и какие грязные словечки ты мне говоришь.
— Они правдивы, — улыбнулся. — я забочусь о том, чтоб тебе было хорошо, — придвинул к себе. Ее груди оказалась перед моим лицом, а киска прижалась к тому месту, где уже вот вот и будет извержение, — я лишь хочу, чтобы были только ты и я, и никаких проблем.
Она поцеловала меня макушку.
— Если это так, то тебе понравится сегодняшняя поездка.
И я проснулся.
Разочарование — это то, что чувствую сейчас. Нет. Не по отношению к Варе, а к себе.
Не ревность. Не ярость. Не ненависть. А разочарование.
Она с сыном и с этим блондином сейчас сидят в парке, и смеются. А я наблюдаю. Да. Слежу. Все чёртову неделю следил, пытаюсь держаться дальше от них, но мать вашу не могу. Теперь, когда знаю, что Мишка сын мой, чувство радости заполняет меня, но в то же время злюсь на себя за то, что не выслушал. Ведь если бы не ушёл тогда, кто знает, как бы сейчас все было. Мы были бы вместе и растили бы сына. А сейчас, корю себя за это. Очень сильно.
Смотрю, как этот норвежец лапами своими девочку мою обнимает, и что-то неконтролируемое и чёрное опутывает меня, и руки сами сжимаются в кулаки. Сделал шаг по направлению к ним, и остановился. Что я буду говорить? Что следил за ней?
Сначала я подумал будто Варя с ума сошла, но вместо того, чтобы скинуть руки этого блондина с себя, она наоборот прижалась к нему.
А, что если они близки? — подумал я, и прилив бешеной ревности захлестнул меня.
Но имею ли я на это право?
Нет.
Я развернулся и успел сделать несколько шагов, как звонкий детский голосок раздался буквально за моей спиной.
— Дядя Руслан, — я вздрогнул, обернулся. Передо мной стояла моя маленькая копия. Буйные, темные волосы были в беспорядке. На сыне был одет костюмчик, который состоял из белой футболки и синих шорт, на ногах были сандали.
Я присел на корточки, и протянул ему руку. Он с интересом посмотрел на неё, и пожал ее, как настоящий мужчина.
— Привет, а ты с кем тут? — сделал вид, будто сам в шоке от этой встречи.
— С мамой и с Тони, — улыбнулся он, и повернулся, чтоб показать мне их. — они там, а я за мячиком прибежал, и вас увидел, — лепечет малыш.
