Подталкиваемый сзади, Фукасэ направился к копировальной. Кида покрутила головой, проверив, никого ли нет в коридоре, и закрыла за ними дверь. «Вот заказ», – сказал он преувеличенно громко. На утренней пятиминутке раз в неделю им не зря говорят, что нужно избегать двусмысленных ситуаций. Но Кида, не проверяя содержимое коробки, положила ее на копировальную машину и, приблизившись еще на один шаг к Асами, спросила:
– Вы уже слышали об
Она говорила приглушенным голосом и, похоже, вовсе не собиралась сплетничать по мелочи. Кида серьезно переживает за Асами. Значит, это оно. Однако Асами ему ничего не сказал. «Сейчас малость прощупаем…»
– Что-то вроде… письма?
– Именно! Можете ничего от меня не скрывать. Я присутствовала на месте событий!
Может быть, письмо пришло на ее адрес? Как-то не сходится… Не похоже, что Асами встречается с ней, да и говорит она о каком-то «месте событий»…
– Я слышал, что была какая-то странная… шалость, но что это было, он не сказал. Сказал только, что это не телефонный разговор…
– Так, значит, он и вам сказал, что это «шалость»?.. Не такая уж это и милая вещь. Я бы сказала, довольно скверная, – сказала Кида и, сделав жест, означавший «все, что я скажу, должно остаться между нами», предложила Фукасэ раскладной стул, сама же села напротив и начала рассказывать о случившемся с Асами.
«Косукэ Асами – убийца».
Всё, кроме имени, было точно так же, как в случае с его письмом: и текст, и белый лист А4. Только для Асами обвинение не было отправлено по почте. Тот живет в муниципальных квартирах для учителей. Бумага была крепко приклеена десятью слоями липкой ленты на лобовое стекло его автомобиля, припаркованного на стоянке жилого комплекса.
– И вдобавок все стекло было залито алкоголем, – сказала Кида.
Фукасэ, широко открыв глаза, немного подался вперед. Беспокоясь, что Кида заметила это, он, отведя плечи назад, несколько раз явственно моргнул.
– Алкоголем? Сакэ? Пивом? Или чем-то еще?
– Судя по запаху и цвету пятен на бумаге, это пиво. Но Асами-сэнсэй быстро отклеил бумагу и сразу вымыл стекло водой, поэтому я не уверена на сто процентов.
Кида рассказала, что письмо наклеили где-то между девятью часами вечера, когда Асами вернулся с работы, и двадцатью минутами восьмого утра, когда он вышел из дома на работу. В то же время Кида, проживающая в тех же квартирах, выходила из дома и видела, как Асами срывает бумагу со стекла.
– Посмотрите на это. – Она показала Фукасэ на своем мобильном телефоне фотографию – след от приклеенной бумаги; сама бумага валялась рядом с машиной. – Несколько учителей из нашей школы тоже там были, и все они посоветовали вызвать полицию, но Асами-сэнсэй сказал, что это просто шалость. Однако надо же было на всякий случай оставить доказательство… Поэтому, когда он пошел за водой в квартиру, я все сфотографировала.
Для Асами гораздо важнее репутация среди коллег, чем отношения с девушкой. К тому же коллег много… Не исключено, что он потеряет работу.
– А что сказал сам Асами?
– Ничего. Такое впечатление, что он знает, кто преступник, и покрывает его. Хотя мы, конечно, подозреваем, кто это.
– Кто же? – Фукасэ так подался вперед, что Кида удивленно отодвинулась.
– Только об этом уж точно – никому. Не буду называть имен, но в прошлом месяце у нас одного мальчика отстранили от занятий…
Кида рассказала, что этот ученик после уроков распивал пиво и был застигнут врасплох Асами, который тогда дежурил. Кида не сказала названия секции, но пояснила, что мальчик серьезно занимался в спортивном кружке. Поскольку приближались префектуральные соревнования, руководитель секции и консультант попросили Асами сделать вид, что ничего не было, но тот настоял на своем, вынес дело на совет, и ученика на пять дней отстранили от занятий и не допустили к участию в спортивных соревнованиях.
– Он подавал большие надежды, его хотели отправить на национальное первенство, поэтому родители чуть на колени не падали, просили – мол, хоть срок отстранения от учебы продлите, но пустите на соревнования. Потом поняли, что это бесполезно, и теперь перекладывают ответственность на других.
– Так его же застали, что называется, на месте преступления, какие тут отговорки… Или он говорит, что его заставили другие ученики?
Кида покачала головой. Последнее время среди учеников из спортивных кружков стало модно после тренировки пить разные напитки вроде безалкогольного пива. Администрация школы тоже думала вынести этот вопрос на совет, но было достаточно других, гораздо более срочных проблем, и обсуждение отложили в долгий ящик, решив, что раз в напитке нет алкоголя, это то же самое, что сок. Между прочим, сок и прочие прохладительные напитки, а также конфеты и чипсы в школе Нарасаки не было запрещено употреблять.
– Ученик оправдывается, что принес алкогольное пиво вместо безалкогольного по ошибке. А родители негодуют, мол, если бы пронос в школу безалкогольного пива был запрещен, такого не случилось бы.
Фукасэ тоже слышал по телевизору выражение «родители-монстры».
– Но все равно его наказали.
