– Ой, ну вы прям как скажете! – невесело усмехнулась Даша. – Откуда ж мне знать-то Анну Петровну? Она на работе панибратства не терпела, никогда ничего не рассказывала ни о себе, ни о семье своей. Кажется, детей у нее нет, никогда она о них не говорила… Не скажу точно, не знаю. И по поводу мужа тоже. Есть, наверное, она была яркая женщина. Разве такая одна будет жить? Ой… я опять забыла… она же уже никак жить не будет…
– А что, ее разве никогда никто не встречал, не подвозил? Вообще – на чем она приезжала? – уцепилась за мысль Люся. Если хозяйка парикмахерской приезжала сама (и в последний вечер своей жизни тоже), то где ее автомобиль, если ее кто-то подвозил, то кто?! – Так на чем же она ездила?
– Она все время на такси подъезжала. Говорила, что такси – это удобно. Собственной машины не имела – боялась за рулем сидеть. А уж муж ее точно никогда не подвозил, ее ни с одним мужчиной наши девчонки не видели. Очень порядочная женщина! Приезжала, и все. Приедет, деньги соберет, похвалит, если кто заслужил, и обратно на такси. Нет, хорошая была женщина, у нас все девчонки о ней тепло отзываются.
– Но ведь у вас же еще работали девочки? – напомнила Василиса. – А почему ушли?
– Да кто у нас ушел-то? Только Сонька, так у нее декрет. Роза еще была, но она погибла, ее машина задавила. И знаете, в тот самый день, когда несчастью случиться, к ней на столик кто-то змею притащил! Не настоящую, конечно, игрушечную. Но ведь и Анна Петровна в руках тоже змею держала… Ой, подождите-ка, а ведь и Соньке подкладывали… Точно! Сонька в тот же день в декрет и унеслась, хотя ей еще рано было.
Женщина от страха все больше распахивала глаза, но бурная ссора, о которой возвестил шум из соседней комнаты, в одно мгновение выдернула ее из этого состояния.
– Вы посидите, я сейчас их только усмирю, – виновато улыбнулась мамаша.
– Даша, да мы пойдем, ты только дай нам адрес Сони, пожалуйста, – попросила Люся, направляясь к двери.
Даша унеслась в глубь комнаты, где разбуянились мальчишки, и вернулась оттуда с потрепанной книжечкой.
– Вот, пишите. У меня есть ее адрес, потому что я к ней на дом своих клиентов отправляла, если обслуживать не успевала, – пояснила она и продиктовала адрес.
Подруги медленно брели домой. Они уже опросили всех работниц, а ясности так и не появилось.
– Это потому, что ты не те вопросы задавала, – зудила Василиса, косясь на Люсю. – Вместо того чтобы сразу спросить «а вы кого подозреваете?», ты лепетала не поймешь чего…
– Надо было самой спросить, чего ж молчала? – беззлобно огрызнулась Люся. – Надо обязательно к Соне съездить. А еще к Розе.
– Давай сначала к Соне, а? Что-то мне не очень хочется родных несчастной Розы тревожить. Потом съездим, – поморщилась Василиса. – И к родственникам Анны Петровны тоже.
Дома Люся не находила себе места.
– И все же, кому она помешала, эта Анна Петровна?
– Как ни верти – никому не нужно, – пожала плечами Василиса. – Ну, напугали всех, и что получилось – разбежались клиенты, за которыми особенно никто не гонялся, унеслись мастера, которые тоже на фиг никому не нужны. Выходит что? Надо было, просто чтобы «Клеопатра» перестала работать? Тогда и вопрос следует ставить по-другому: кому это выгодно?
– Это если рассматривать только парикмахерскую. А речь ведь о человеке!
– Да, о человеке. Ты вот, Люся, всегда перечишь! Вспомни только, почему же тогда Пашке про «Клеопатру» намекали? Не конкретно про Анну Петровну, а про парикмахерскую?
– Ну ладно, предположим, что раз ключи были только у девчонок, то здесь замешан кто-то из своих. Тогда и вовсе непонятно! – расстроилась Люся.
– Непонятно, это если не думать! – ершилась Василиса.
– Ну, давай думать. Юльке вообще ничего не надо. Кстати, неплохо было бы узнать, на что девчонка процветает. Даше тоже – у нее дети с садиком. Татьяну больше никуда не возьмут – с таким-то умением… Я же видела твою голову.
– Ты мне лучше скажи – из-за чего вообще людей убивают?
– Из-за жестокости!
– Нет, ну это понятно. А вот что двигает убийцами? – задумалась Василиса, мусоля коту ухо. – Больше всего преступлений из-за денег, так?
– Так. Но работницы из-за денег убить не могли – им ничего не обломилось, и, даже наоборот, работу потеряли. А родственникам Анна Петровна наверняка и не мешала – зарабатывала в своей парикмахерской, да в дом же и несла.
– Может, тогда дело в наследстве? – предположила Василиса.
– Тоже не верится. Тогда бы не стали какую-то игрушку прицеплять, убили бы, да и все.
– А может быть, тут какой-то ритуал? – сама себя напугала Василиса.
– Не знаю. Завтра надо к Соне сходить. Ей же тоже, говорят, змею подкидывали, а никакого ритуала не свершилось.
– На этой оптимистической ноте и успокоимся, – браво завершила размышления Василиса. – Давай спать, а то как бы завтра к Соне не проспать.
– Только смотри, прямо с утра и понесемся! А то я тебя знаю, пока один и тот же сон два раза не пересмотришь… – строго предупредила Люся и отправилась в кровать.
Утром Люся ругала себя нещадно. Опять сглазила все планы!
Она еще сладко спала, когда в ее глаза настойчиво залезли чьи-то пальчики.
