VIP-зал полностью

Он как можно тише закрыл за собой дверь. И вспомнил слова Лазаря Гульдмана: «Этих девок спасти нельзя».

В прихожей было тихо и пусто. Пахло сигаретами. И никого.

На стене крюки, на них висело несколько пальто, он узнал то, которое было на мадам. Он стоял не двигаясь и ожидая, что что-то произойдет, но в доме было по-прежнему тихо, только слабые голоса на втором этаже.

На полу не стояла уличная обувь, как в обычных шведских домах. Здесь необычно пахло, может, какой-то пряностью, ароматической свечой, возможно, просто борделем.

Он спросил себя, а бордель ли это на самом деле. Он довольно долго наблюдал за домом и не увидел, чтобы кто-то туда входил. Скорее всего девушки работали только по вызову.

Прихожая вела прямо в кухню. В полумраке он увидел гору немытых тарелок в раковине. За кухней была небольшая гостиная, со старым телевизором и ковром на полу. Жалюзи в большом окне, выходившем во двор, опущены.

В глубине у одной стены стоял разобранный диван-кровать, ему показалось, что там кто-то лежал. Он снова замер, постоял не двигаясь, прислушиваясь к своему собственному дыханию. У них что, действительно шлюх никто не пасет? Девушки спокойно спят в комнатах с распахнутыми дверями.

Он снова вспомнил слова Гульдмана об этих девушках.

За углом пряталась лестница на второй этаж. Каждый новый шаг он делал с осторожностью, чтобы ступеньки не заскрипели. Все время он ждал, что кто-то начнет кричать или набросится на него.

Наверху оказалась небольшая площадка. Здесь было еще темнее из-за закрытых дверей. Но Тедди точно знал, которая из дверей вела в ту комнату, где он видел Кассандру, и оттуда он слышал тихое бормотание.

Он осторожно открыл дверь.

Девушки были там, они зажгли ночник и сидели на своих постелях. Они что-то шепотом обсуждали. Увидев Тедди, они замолчали и казались еще больше шокированными.

Теперь он мог разглядеть, что было в куче тряпок на полу. Множество париков, обувь на высоком каблуке и разного рода корсеты и тому подобная одежда. В остальном здесь было пусто, ни картин на стенах, ни полок или ковров. Ни стульев, ни тумбочек. Только кровати и лампа.

Он тихо произнес:

— Кассандра, мне нужно задать тебе несколько вопросов.

Она зажмурилась, нахмурила лоб и закрыла лицо руками, как будто надеялась, что Тедди был просто галлюцинацией в человеческий рост, которая пропадет, если она достаточно постарается.

— Mistah, Большая Мама знает, что ты здесь?

— Нет, но я хочу только поговорить, больше ничего.

— Я не могу говорить, если Большая Мама не сказала О’Кей, — ответила Кассандра в полный голос.

Вторая девушка направилась к двери.

— Нет-нет, сядь. Я вам заплачу.

Тедди попытался говорить тише, но вторая девушка открыла дверь и обратилась к кому-то на незнакомом языке.

Через десять секунд Большая Мама стояла в дверях.

Она была по-настоящему здоровенной, на вокзале с высокими потолками и на улице это не бросалось в глаза так, как сейчас. Большая Мама оказалась не просто высокого роста, все у нее было большим: ее шея была толстой и широкой, голова словно распухла, руки походили на лапы боксера-тяжеловеса, да и ступни не уступали.

Ее английский был такой же, как у Кассандры. Тедди узнал ее голос, это с ней он говорил по телефону прошлой ночью, когда вызывал проститутку.

В руке она держала зажженную сигарету.

— Mistah, боюсь, тебе тут нельзя быть.

— Прости, что не позвонил. Но мне нужна Кассандра.

— Mistah, она только по вызову. Хочешь так, то хорошо, три тысячи час. Но не сейчас.

— Почему?

— Почему ты пришел в мой дом?

Большая Мама спокойно затянулась.

Тедди сделал шаг к ней, они были примерно одного роста.

— Я хочу забрать Кассандру сейчас. Я хорошо заплачу. Сколько тебе нужно?

Мамка не ответила. Краем глаза он увидел, что Кассандра уставилась на него.

— Это ты хотел с ней только говорить вчера?

— Да. Мне нужно задать пару вопросов.

Большая Мама глубоко затянулась.

— И ты не хочешь с ней познакомиться по-другому?

— Нет.

— Задай твои вопросы мне.

Тедди подождал несколько секунд. Может, стоит задать вопросы Большой Маме, вполне возможно, что на самом деле это она писала в чате. Он ни на секунду не поверил, что все сообщения там были написаны Кассандрой. Но на улице ее остановила какая-то женщина, и кто-то дал ей деньги, чтобы она рассказала о Филипе, так что только Кассандра встречалась с этим человеком или людьми.

Это с ней ему нужно поговорить.

— Нет, — сказал он, — так не пойдет. Я могу купить Кассандру здесь и сейчас. Назови цену.

Большая Мама фыркнула, как будто он сказал глупость.

— Ты не знаешь, сколько стоит девочка, как Хани Роуз, в ее годы. Нет цены, которую ты платишь и мне подходит. Иди отсюда.

— Я хочу забрать ее с собой.

— Попробуй.

— А кто мне помешает?

Большая Мама посмотрела на Кассандру.

Тедди тоже повернулся к ней.

— Я заберу тебя, и все будет в порядке. Тебе не нужно будет этим заниматься, обещаю, я не отправлю тебя в какой-нибудь гребаный гарем в Абу-Даби.

Затем он повернулся к Большой Маме.

— Я больше не буду тебе мешать.

Кассандра, закусив нижнюю губу, молчала.

Большая Мама сделала шаг к ней.