Отчаяние Карла-Юхана казалось почти физическим. Оно чувствовалось в его движениях, в побелевшем лбе. При обмене рукопожатиями Тедди ощутил, что ладони Карла-Юхана были влажными. Он вдруг почувствовал острую жалость к этому человеку. Его сына похитили, и Тедди знал лучше многих других, чем это могло закончиться.
— Вам нужна доверенность, чтобы связаться с телефонным оператором? — спросил несчастный отец.
— Да, нужна. Мы хотим получить список телефонных контактов Филипа за последнее время, — ответила Эмили и вытащила какую-то бумагу из сумки. — Мы не стали писать вам, так как нам в любом случае нужен оригинал подписи, и я подумала, что так будет быстрее. Кроме того, мы хотели бы поговорить с вами кое о чем.
— Хорошо. Вы уже разговаривали с Патриком?
— Да, у Магнуса был с ним короткий разговор, и мы договорились о скорой встрече, он приедет к нам. Ему нужно выяснить в банке, что он может рассказать о беседе с Филипом.
Это все было нереально. Еще месяца не прошло, как Тедди вышел на свободу, и вот он сидит здесь, снова втянут в преступление. Не так, как раньше, совершенно на другой стороне, но тем не менее. Он подумал, а правда ли он старался этого избежать, достаточно ли часто писал работодателям? Сделал ли он все что мог?
Вообще-то, Эмили не нравилось встречаться с клиентами за пределами офисных переговорных и конференц-залов. За исключением территории других юридических фирм. Но сейчас речь шла, конечно же, о совершенно особенном во всех отношениях случае.
— Телефоном Филипа занимается одна из его компаний, но вы тоже член правления и можете подписывать документы от имени фирмы.
— Да.
— Я отправлю доверенность, когда мы закончим здесь, и попрошу списки. Я знаю, что вы так и не нашли его телефон: ни в квартире, ни в офисе.
— Вот именно, телефона не было в квартире. И в офисе. Но у него был, кажется, айфон, я видел это в документах на подключение.
— Вы не знаете, это пятый айфон или новая модель?
— Понятия не имею. Но «пятерка» — это ведь неплохо, да?
— Может быть. Дело в том, что у него может быть «iCloud», облачное хранилище, где, помимо прочего, есть служба «
— И его действительно можно найти?
— Да, если вы знаете определенный код, то с его помощью можно вычислить, где сейчас находится телефон. А айпад, у него был айпад?
— Такой планшет?
— Да, именно.
— Был где-то в квартире. Вы не спрашивали раньше.
— Я знаю. Можно взглянуть на него?
Карл-Юхан поднялся, его движения стали более энергичными.
Эмили и Тедди молча ждали.
Через некоторое время он сказал:
— Ты, кажется, сама справишься, ты и вопросы задаешь, как полицейский.
— Посмотрим.
Тедди ответил:
— Но ты, похоже, не очень разбираешься в таких вещах. Почему вы раньше не забрали айпад?
— Не знаю. Мне это пришло в голову только сегодня.
— Ладно. Но тебе нужно еще кое-что знать о телефонах и разговорах.
Эмили не понимала, с чего Тедди разыгрывать из себя гуру технологий. Она видела его собственный мобильный. Он больше походил на музейный экспонат.
— Ты собираешься еще нудеть? — спросила она.
Тедди оскалился в преувеличенно широкой улыбке. Из-за пустоты в нижней десне он выглядел старше.
Карл-Юхан вернулся с айпадом в руках.
Эмили взяла его и провела пальцем по экрану, открывая приложения и кликая по ярлыкам.
Главное стало понятно сразу.
— У него нет «
Карл-Юхан прикрыл глаза.
— И я ожидаю комментариев от Магнуса насчет перевода до встречи с Патриком, — сказала Эмили.
Она кивнула в сторону Тедди. Она знала, как о нем рассказать.
— Я еще не объяснила, зачем здесь Тедди. Мы попросили его нам помочь. У него основательная сеть контактов и большой опыт в той криминальной области, о которой может идти речь в нашем случае.
Карл-Юхан сидел в кресле, наклонившись вперед. Как будто у него что-то болело. Живот или душа.
— Я думаю, Тедди нужно с вами поговорить. Я сама отправлюсь в «Телефонику» как можно скорее. Что скажете?
Пока Эмили проверяла планшет, Тедди сидел молча и только осматривался. Он сам с этой игрушкой умел управляться не лучше, чем какой-нибудь неандерталец. На зоне и мобильники были запрещены, тем более компьютеры или планшеты. В системе страшно боялись, что кто-то из заключенных сможет контактировать с внешним миром. Работа с зеками строилась на принципе, что изоляция лучше способствует их адаптации в обществе, чем возможность общаться с семьей, родней и друзьями.
