-Вчера меня вызвали во дворец, как вы все знаете… король, хотел принудить…
-Мы знаем, госпожа! - перебил Эви голос одного из слуг. -Что теперь с нами будет?
-Будете служить, как раньше, - твёрдо ответила Эухения, вновь окинув взглядом собравшихся. -Король ничего не добился, но у него может возникнуть желание отомстить мне. Поэтому, кто желает, может сейчас же получить расчёт. Оставшиеся, вернутся в Торнфил. Этот дом будет закрыт до лучших времён.
-А почему с вами воины герцога д’Эстре?
-Потому что у нас с ним договорённость. Он готов оказать поддержку. А теперь я хотела бы, чтобы вы приступили к сборам. К вечеру мы должны быть готовы уехать. Сэй Киаро, не могли бы вы пригласить целителя? Со мной раненый.
Эухения приказала перенести Рионэля в дом. Когда из кареты достали окровавленное тело, кто-то ахнул в испуге. Эви слышала, как женский голос бормотал молитвы, а некоторые из мужчин тихо ругались.
-Кто это его так? - не сводя напряжённого взгляда с раненого, поинтересовался подошедший к Эви сэй Гард.
-Королевские палачи, полагаю, - несколько рассеянно ответила она на вопрос воина. Всё внимание девушки в этот момент было приковано к тому, как переносили Рионэля в дом. - Его Величество подарил этого несчастного нам с д’Эстре в качестве свадебного подарка.
Дальнейшее Эви запомнилось смутно. Она кому-то отдавала какие-то распоряжения, встречала целителя, обрабатывала вместе с ним раны Рионэля, после руководила упаковкой самого необходимого и подготовкой дома к длительному отсутствию хозяев. Немного подумав, она пришла к выводу, что в данном случае, важнее убраться из города побыстрее, чем упаковывать ценности и вывозить их в Торнфил. Вещи - дело наживное, куда важнее жизни людские. Их не вернёшь. К вечеру всё оказалось готово. В дорогу она велела упаковать всего несколько платьев, но в основном взяла только костюмы для тренировок и верховой езды. Из сейфа выгребла все документы и ценности. С собой везти это она не рискнула, но вот прикопать в подвале… подальше от глаз. Вместе с Гардом они вдвоём отволокли ящик с бумагами вниз, завернули в провощённую ткань в несколько слоёв и спрятали.
-Леди, давайте я выкопаю небольшую яму и…
-Нет, Гард. Я думала об этом, но нет…. Помню, ещё в детстве, мне попалась одна старая тетрадь, дневник моего прадеда. Там была схема подземных ходов. Знаю, что в этом доме они тоже есть, и один из них проходит, как раз в подвале. Пойдёмте, Гард. Вот там за теми пустыми полками. Подвиньте вон тот камень…
-Леди! - вскрик Гарда совпал со скрежетом отодвигаемой в сторону стены. Открывшийся зев прохода был тёмен и затянут паутиной. Эви зажгла факел и заглянула в открывшийся ход. Пройдя по нему несколько десятков метров, она упёрлась в крепкую дверь, рядом с которой, на вбитом в стену крюке висели ключи. Эухения открыла ход и выглянула наружу. Рядом проходила ограда поместья, а ход открывался прямо рядом с ней, в зарослях густых кустов, скрытый от посторонних взглядов. Можно было прикрыть дверь обратно и вернуться. Что она и сделала. Вот в этом ходе они с Гартом и спрятали дедовы бумаги вместе с сундучком, в котором Лукас хранил золото и украшения.
-А не лучше ли было взять с собой, госпожа? - Гард буквально не находил себе места от сомнений.
-Не лучше, - вздохнула Эви. -Здесь не так уж и много, деньги я, естественно, заберу, оставлю здесь немного, на всякий случай. А драгоценности тащить с собой не хочу. Герцогу я не сильно доверяю, да и в пути может произойти всякое. Пойдёмте, пока нас никто не хватился.
-Не извольте переживать, леди. Парни присмотрят, если что.
Вечером появился д’Эстре. Герцог приехал с большим отрядом сопровождения.
-Как вы, моя дорогая? -склонился он к руке Эви, вопросительно заглядывая ей в лицо.
-Устала. - Она и правда за день измучилась: и физически, и душевно.
-Вы готовы отправляться?
-Мы едем в ночь?
-Да, моя леди. И чем скорее покинем город, тем лучше. Я обещал вам рассказать всё, что мне известно. Готов сделать это по дороге. Карета ждёт, нужно выехать до закрытия городских ворот.
-Нас будут преследовать?
-Маловероятно, - хмыкнул д’Эстре, - Жилю сегодня не до нас. На него насели лорды из Совета, по городу поют мерзкие песенки про короля, любящего чужих жён, и старый герцог Вальмар собирает сторонников. По закону, наследует трон ближайший родственник мужского пола. Женщина не может стать наследницей. Жиль объявил Тибольта своим наследником при условии, что он возьмёт в жёны старшую из принцесс. Вот только девчонке ещё и десяти нет, а Тибольт всего лишь сын двоюродного брата Жилибера, в то время, как Вальмар, его дядя - младший брат отца, и прав на трон имеет больше. Жилю всего тридцать, о наследовании говорить рано, но ваш отец, леди Эухения, приложил немало сил, чтобы подорвать королевский авторитет: анекдоты, песенки - насмешки, памфлеты. Это самое малое, с чем столкнётся Его Величество в ближайшее время.
-Мой отец? -Эухения недоумённо распахнула глаза, переводя взгляд то на д’Эстре, то на слуг, выносящих вещи во двор.
