Кристиан двинулся вперед, к дому Скуггена, стараясь не издавать ни одного звука, потому что помнил, как в свой самый первый раз нарвался на белую волчицу. Аркон тогда спас его задницу, а Кристиан еще месяц слал ему благодарственные письма, которые Аталантсон, возможно, после третьего и не стал открывать.
Вскоре показалась крепость, и Кристиан без труда преодолел барьер вокруг. Он вдохнул тяжелый воздух и подумал о том, что несмотря на всю мрачность, именно здесь он и хотел бы находиться, чувствовать себя по-настоящему нужным, а не слушать отца, которого ничего, кроме страны, не волнует. Но Кристиан понимал, насколько важна та работа, которую он выполняет, что без его сети шпионов, все может развалиться.
У дверей в сам замок Кристиана встретила Нану, и они вместе отправились в столовую. Женщина сказала, что все остальные почти собрались. Но там были только Анна и Аркон. Из всех присутствующих в комнате Анна выглядела самой отрешенной. Когда Аркон радушно поприветствовал Кристиана, дочь Безликого лишь слабо кивнула. Казалось, ей и вовсе нет дела до происходящего в комнате. Вскоре, опираясь на трость, в дверях залы появился измученный и бледный Маркус, которого поддерживала молоденькая светловолосая эльфийка. Она осторожно усадила его за стол, в очередной раз спросила, как он себя чувствует и удалилась под внимательный взгляд Маркуса. На столе стояли тарелки с едой – сегодня Элишка постаралась. Блюд было немного, но и это в Эрмандаде считалось роскошью.
Кристиан гадал, кого же Безликий поставил во главе отряда. Никого, кроме генералов, в столовой не было, и сын лорда-протектора на мгновение даже подумал, что это будет Маркус. Он обладал всеми качествами, которые нужны лидеру, да и печется о каждом члене Эрмандада, считая их своей семьей. Но тогда это значило бы, что Безликий не достиг своей цели. Но тут Кристиан услышал шаги за спиной и обернулся – в столовую вошел беловолосый мальчишка, на вид ровесник Анны. Он был облачен в длинный черный плащ – на манер того, что носил Безликий – и в походную одежду темного цвета. На перевязи в коротких ножнах висел Артефакт, на котором он держал руку.
– Меня зовут Ноа. Эрмандад теперь мой и, похоже, завтра мы с вами начинаем войну за свободу.
