Герман потоптался на месте, после чего махнул рукой и достал из-за пазухи потрепанный свиток. Однако Дигамма сразу почувствовал, что перед ним не простая бумажка.
— Я же хотел продать тебе магическую вещь. Вот, забирай так. Она все равно досталась мне случайно.
Ди бережно развернул квадратный лист, побуревший от времени, и запомнил его содержимое. Это был одноразовый свиток для изучения Способности с направленностью Воды. Атакующей, что-то похожее на магическую бомбу. Даже если не использовать самому, за такую вещицу можно выручить хорошие деньги. Однако подарок он все же решил вернуть.
— Мы же договорились: услуга за услугу.
— Но…
— Лучше оставь свиток для своего внука.
— Внука? Какого еще внука?
— Или внучки. Я не большой специалист, но в теле Хельги ощутил не одну жизнь.
Трактирщик растерянно забрал свиток обратно, а затем хлопнул ладонями по ногам.
— Да ладно. Так я скоро стану дедом! Вот ведь радость. Но причем тут свиток?
— Просто поверь мне. Когда ребенок вырастет, дашь ему использовать. Только помни, что он одноразовый.
Выслушав еще кучу благодарностей, Дигамма смог распрощаться с Германом и вернуться в кровать. Снова мягкая подушка и теплое одеяло приняли его в свои объятья. Однако в этот раз от сна отвлек робкий голос Селены, которая продолжала отмокать в горячей воде. Они так и говорили, не видя друг друга.
— Дигамма, я тут хотела спросить.
— Да-да, что такое? — зевнув, ответил ящер.
— Когда мы только зашли, ты назвал меня дочерью.
— Само как-то вышло. А что, ты против?
— Нет, не против. Просто я думала, что хорошо, когда тебя называют дочерью. И над тем, что ты сказал утром. И еще за Хельгу папа так переживал.
— Я, кстати, тоже переживал, когда тебя нашел. Очень боялся, что не смогу вылечить.
— Да, я знаю. Просто…
Селена погрузилась по самые глаза, а ее уши горели от волнения. Но Ди все понял и без лишних слов.
— Ты точно этого хочешь?
— Я… Хочу.
— Это хорошо. Мне бы тоже не хотелось тебя отпускать.
Дигамма поднялся с кровати и размял шею.
— Тогда добро пожаловать в нашу очень странную семью. И чтобы у тебя не было сомнений, когда вылезешь из воды, мы закрепим это перед Системой.
[1] — Имеется ввиду беломорит, декоративная разновидность олигоклаза.
Подперев рукой голову, Дигамма любовался ясным морозным утром через приоткрытый полог повозки. Деревянные полозья плавно катились по утрамбованному снегу, почти не раскачивая ее из стороны в сторону. Тут же дремала Селена. Она забралась под просторный плащ своего новоиспеченного отца и плотно прижалась к нему. Окружающие их ящики и мешки защищали от ветра, но вокруг все равно оставалось достаточно холодно. И это Ди еще усилил греющие свойства артефактной накидки, вшив под подкладку несколько кусочков све́тного кварца[1] и нанеся на поверхность ткани магическую печать.
На одной из немногих кочек с головы Сэл съехал капюшон. Дигамма осторожно поправил жесткие волосы маленькой ателерки и поднял его обратно. Девочка выглядела гораздо здоровее во всех отношениях по сравнению с их первой встречей. Да и ее одежда теперь полностью подходила под сезон. Спасибо жене Германа, которая, кроме съестных припасов, собрала для них еще и теплые вещи.
Дигамма снова посмотрел наружу, на бесконечную белую равнину, только изредка разрываемую темным пятном какой-нибудь рощи. Горы оставались позади, а значит Хамбук был уже рядом. Об этом говорила и сама дорога, по которой они ехали. Она не просто так оказалась хорошо укатана, все из-за интенсивного по меркам данного мира движения.
Хамбук являлся одним из крупнейших логистических центров континента, через который шел основной путь по суше между севером и югом Нирдарии, а следовательно и основная торговля между Баласией и Норшером. Да и часть товарообмена с соседствующим на западе Триенадом проходила через это место. Естественно, такое положение повлияло на внешний облик города, можно даже сказать — определило его.
Центральная часть Хамбука, иначе называемая старым городом, была сравнительно небольшой. Ее ограничивала древняя шестиугольная крепость, которую не перестраивали и особо не модернизировали с момента возведения. По правде говоря, эти стены не встречались с атакой неприятеля уже не менее пары веков. А за двести лет мирной жизни торговый Хамбук знатно разросся вширь, оказавшись самым большим по площади городом Баласии.
