Ещё девушки очень любят сотворить что-нибудь напоминающее куриную жопу из своих губ. В итоге всё стандартно: очки на пол-ебала и губища как у Анджелины Джоли. Они что, думают, что это убожество выглядит сексуально? Или этим блядским сельским гламуром они пытаются показать, что у них прекрасный рабочий рот?
Или взять парней. Тоже фотографируются в очках, и обязательно в какой-нибудь крутой позе, обязательно скорчат какую-нибудь тупую напонтованную рожу. Пальцы обязательно веером. Или просто тупо встанут и засунут руки в карманы. Тоже мне, пример мужественности.
Ни те, ни другие оригинальностью не блещут. В сущности, каждый из них пытается показать себя круче, чем есть.
Но как ни ссы, а последняя капля всё равно в трусы. Или в прокладку, если вы девушка и носите прокладки. Поэтому вся эта псевдокрутость наглядно показывает, что эти люди не принимают себя такими, какие они есть. Пытаются прыгнуть выше головы. Причём пытаются показать что-то выдающееся, а получается, как всегда, через жопу.
И я им об этом расскажу.
Пора пройтись по фотографиям.
Настоящее.
Подсознание не различает, реально общение или нет. Для него нет никакой принципиальной разницы, реален человек, с которым мы переписываемся, или нет. И когда кто-то пишет нам по Интернету «ты мне нравишься» или «я по тебе скучаю», нашему эго вполне достаточно и того, что мы получили внимание. Да ещё и таким простым способом. Не подрывая жопу со стула.
Естественно, наше эго будет брать своё.
Весь этот механизм происходит в мозгу
Я не замечаю.
Вы не замечаете.
Так у людей и вырабатывается зависимость от Интернета. Они вроде бы получают удовлетворение, но физически это не заметно.
И что мы получаем в итоге?
Наше эго, воспринимая общение по Сети за необходимость/реальность/данность, толкает нас общаться в Интернете снова. Человек прогрессирует, стараясь получить самоудовлетворение. Точнее, удовлетворение своего сбитого с толку эго. Зависимость развивается. Уход от реальности набирает обороты.
И с этого момента люди начинают терять интерес к тому, что происходит вне компьютера. Просто потому, что их бессознательные механизмы этим довольны.
Только довольны ли сами люди?
Довольны ли вы?
Возвращаюсь в гостиницу. В свою комнату.
До очередной встречи с доктором ещё почти неделя.
Пройдёт ещё чуть-чуть времени, и мне уже нужно будет платить за проживание. И за питание.
Кстати, надо что-нибудь съесть.
Может, мне лучше снять квартиру или комнату? Всё же дешевле, чем платить за гостиницу. Решаю: если к концу недели не вспомню, где я жила до потери памяти, то есть, где на самом деле живу, то я сниму квартиру. Нет, комнату. Чтобы меньше платить. И устроюсь на работу.
Но
На месте разберёмся.
Снимаю трубку телефона, расположенного на тумбочке, стоящей возле кровати, набираю номер обслуги и, дождавшись ответа, размещаю заказ на доставку еды в номер. Куда-то идти мне решительно лень.
И как я буду жить, когда кончатся все мои деньги?
Ведь, как я поняла из своего воспоминания, я основательно копила эти деньги. Копила для чего-то, о чём пока не знаю. Ну, не помню.
Хотя, кто знает. С того момента прошло уже три года. Всё могло случиться совсем иначе.
В конце концов, почему эти деньги хранятся именно на моей социальной карте? Может, я действительно эпилептик с инвалидностью, и это перечисления, накопленные мной за несколько лет жизни? Жизни инвалида какой-то там группы. Во всяком случае, то, что произошло со мной сегодня в кабинете Крылова — это как раз похоже на симптомы эпилепсии. Может, доктор был прав?
Опять вопросы. Одни вопросы. И мало ответов.
Как будто вся моя жизнь — это ничто.
Но с другой стороны, я вспомнила ещё что-то, ещё один отрывок из моей жизни. А это значит, что я ещё немного продвинулась на пути к своей цели.
Спустя некоторое время в номер приносят еду, мой ужин. Кстати, я наверняка не ем после шести вечера. Но в последнее время я и так ем раз в сутки. Этого достаточно для того, чтобы выжить и при этом не потолстеть.
Таким образом, я прихожу к выводу, что меня до сих пор ещё беспокоит вопрос диеты.
Конечно, кому охота вновь стать жирной коровой?
Мне точно не хочется. Уж не знаю как вам.
Расплачиваюсь, оставив сдачу на чай, и начинаю приём пищи. Поскольку я нахожусь не в ресторане, и меня никто не видит, я ем ложкой.
Глотаю куски мяса быстро, по-солдатски. В темпе вальса. Как будто я с голодного края.
Да простят меня вегетарианцы.
Съедаю ложку салата. Ложку второго. Запиваю соком.
Снова и снова.
Пока я съедаю свой ужин, я раздумываю о том, что у меня в настоящий момент имеется из воспоминаний, из этих моих картинок из прошлого, которые меня преследуют и, надеюсь, будут преследовать и впредь.