Мне известно, как выглядит пачка стодолларовых купюр. Сто таких купюр в одной пачке — уже десять тысяч. В уме я подсчитал, что в один пустой ящик из-под вина мы сможем уместить сто пачек. Я оставил сейф открытым и поспешил на вторую палубу за пустыми ящиками. И нарвался на стихийную вечеринку.
Оба охранника поднялись по трапу и теперь стояли у барной стойки. Потягивали мексиканское пиво из бутылок. Женщины улыбались, щебетали, смеялись, продолжая играть свои роли, а Гуннар и Джулиан переставляли бутылки и ящики, делая вид, что у них есть веские причины до сих пор находиться на яхте.
— Ну как, закончили, ребята? — спросил громила-охранник.
— Заканчиваем, — заверил Джулиан. — Сейчас только наведем здесь порядок.
— Может, пока устроите нам экскурсию по яхте, мальчики? — спросила Рамона. — Где тут можно позагорать?
— Конечно, на прогулочной палубе, сейчас покажем. А в каюты заглянуть не хотите?
Рамона почти потащила охранника вверх по лестнице. Люси увлекла за собой второго охранника.
— Идем скорее, — позвал Джулиан, как только все четверо скрылись, схватил два пустых ящика из-под вина и поспешил вниз по лестнице.
— Если он ее тронет хоть пальцем — убью, — прорычал Гуннар, тоже хватая два ящика.
— Не трать время зря, — посоветовал Джулиан. — Сосредоточься на деле.
Мы втроем вернулись в каюту, где стоял сейф, Джулиан и Гуннар начали укладывать пачки денег в ящики.
— Что-то их здесь слишком много, — заметил Джулиан. — Они что, удвоили в этом году ставки? В сейфе миллионов восемь наберется.
— Не одним же покером они здесь заняты.
— Да какая разница! Поторапливайся!
Через несколько минут мы под крышку забили деньгами все шесть ящиков из-под вина.
— Скорее, — поторопил Гуннар, — отнесем их в машину и вернемся за остальными.
— Хватит и этого, — возразил Джулиан. — Здесь шесть миллионов долларов.
— Предлагаешь оставить два лимона здесь?
Каждому досталось по два ящика. К тому времени, как мы дотащили их до машины, Джулиан запыхался.
— А если бы качался — вообще бы не устал, — наставительно заметил Гуннар, складывая деньги в багажник. — Мы с Майком сходим за девчонками и остальными деньгами. А ты заводи машину и готовься сваливать.
Джулиан молча уставился на него: он не привык выслушивать и выполнять приказы. Но, подумав, он взял ключи от машины.
Мы с Гуннаром едва ли не бегом вернулись к яхте, пробежали по трапу, который от резких движений ходил ходуном, выгибался и пружинил, как трамплин. На нижней палубе мы побросали деньги в два последних ящика. И едва успели закончить, как сверху донесся какой-то шум.
— Что за черт? — насторожился Гуннар. — Сматываемся.
Я закрыл сейф, мы поднялись по лестнице. Просто пара курьеров, закончивших работу.
И увидели лимузины.
Они подъезжали к трапу, двое охранников уже бежали встречать их, следом спешили Рамона и Люси. Оглянувшись назад, Люси заметила нас, и ее глаза широко раскрылись. Я увидел, как из лимузина вылезает Засоня. А за ним — человек из Детройта. Портовый инспектор, приближавшийся с другой стороны, что-то закричал — видимо, что подгонять машины к трапу запрещено. Воспользовавшись суматохой, Рамона и Люси ускользнули незамеченными. А мы остались в ловушке.
— Вниз нам нельзя, — сказал Гуннар. — Меня они в глаза не видели, а вот тебя… — Договаривать ему не пришлось. — Поищем другой выход.
Он бросился к лестнице, кинул еще один быстрый взгляд на причальный трап и поднялся уровнем выше. Я следовал за ним, но втайне думал, что с нами все кончено. Другого выхода отсюда нет.
— Сюда. Больше некуда.
Я вышел за Гуннаром на прогулочную палубу на носу яхты. Она возвышалась над водой футов на двадцать, но сверху казалось, будто до воды немыслимо далеко.
— Крепче держи деньги, — велел Гуннар и прыгнул.
Я услышал плеск внизу. Подступил к краю палубы и увидел над водой голову Гуннара. Он изо всех сил молотил ногами, пытаясь выплыть и не упустить ящик с деньгами.
— Прыгай, черт тебя дери! — крикнул он.
Я не шевелился. Только смотрел сверху на воду.
— Майк, да прыгай же! Здесь невысоко!
Дело не в высоте, думал я. Высоты я не боюсь.
Я слышал, как пассажиры лимузинов переговариваются, поднимаясь по трапу. Еще несколько секунд — и меня поймают с поличным.
И я прыгнул.
Я летел ногами вперед, камнем ушел на глубину и достал до дна. Открыв глаза, я увидел воду, дно, зеленые тени со всех сторон, и больше ничего. То, чего я так долго боялся, все-таки поглотило меня.
Я поднял голову. Свет виднелся далеко, как в космосе. Легкие нестерпимо жгло. Еще несколько секунд — и я в последний раз хлебну воды, проглочу ее и лягу прямо здесь, на обросших зеленой тиной камнях.
И вдруг я увидел рыбу. Точнее, рыбешку — крошечную, размером с мой палец. Она подплыла ко мне и зависла в воде, как будто пыталась понять, какого черта я здесь делаю. Рыбка замерла так близко, что я мог бы протянуть руку и поймать ее.
Но вместо этого я оттолкнулся от дна и отпустил ящик. Рыбка метнулась в сторону, а я всплыл на поверхность, кашляя и отплевываясь.
— Тихо, Майкл!
Оглянувшись, я увидел неподалеку Гуннара. Прижавшись к обшивке яхты, он смотрел на меня.
