Там с основной линией пока было сложно. За минувшие 20 лет народ, да и власть, что уж там скрывать, катастрофически утратили навыки той забавной демократической процедуры, которую принято называть выборами. Речь, конечно, не идет о процедуре посещения избирательных пунктов, а об атмосфере бурных споров за рюмкой пива, многотысячных митингов в поддержку партий и кандидатов, раздачи курей потенциальным сторонникам (или это только в "Убойной силе" так было?). Впрочем, если быть до конца честным, не очень-то они успели эти навыки и освоить за предшествующее нынешнему периоду десятилетие. И если сначала народ сравнительно легко покупался на щедрые обещания, то в последующие годы он также легко откликался на мобилизующие лозунги и, что уже совсем удивительно, новые обещания. Главное - чтобы не было хуже! Этот тезис стопроцентно находил отклик в душе народа, причем объективный факты, доказывающие, что хуже становится постоянно, как-то в расчет не принимались.
Впрочем, уходящий лидер поступил, как всегда, хитро, в лучших традициях организации, выходцем из которой он являлся. Сначала вроде бы заявил о своем предстоящем уходе, а затем последовали уточнения: мол, момент тяжелый, принципиальное решение остается в силе, но вот исполнение его откладывается на неопределенный срок - пока нормальное голосование не станет возможным по медицинским соображениям. Звучало это вполне разумно, вот только в промежуток между первым заявлением и уточнением народ успел много всякого понаговорить, и если высказывания широкой публики и разных там блогеров мало кого интересовали, то вот ряд поспешивших политиков теперь кусали локти. Прием был не особо оригинальный и уж совсем не новый, но как проверка на лояльность сработал.
Так вот, когда всерьез замаячила перспектива выборов, выяснилось, что дело это непростое. Нет, напечатать бюллетени, открыть участки и потом посчитать результаты умели. Но главное-то было другое. Кто перехватит эстафетную палочку и куда бежать дальше - вот были основные вопросы, на которые пока не было ответа.
Надо сказать, что идея бега по кругу в рамках преемственности большого энтузиазма ни у кого не вызывала. Если ее кто и поддерживал, то очень узкий круг лиц из числа сотрудников Администрации, которые отлично понимали, что любая загогулина - нашел же в свое время словечко первый гарант! - будет означать для них прощание с теплыми местами.
Переплетение различных интересов во властных элитах и иногда даже диаметрально противоположные представления там о дальнейшем курсе развития страны привели к тому, что "партия власти" собиралась вести предвыборное наступление широким фронтом и предварительно выставила целых трех представителей из своего лагеря.
Первый из них был вполне предсказуем, и, действительно, котировался как первый номер. Как говорится, не новичок в этом деле, опыт имеется. Отношение к нему в обществе было не слишком серьезным, слухи на его счет ходили разные, но мало кто знал, что кандидат этот отличался редкостным упорством в достижении своих целей. Его критики, как правило, не делали скидку на то, что ранее ему было достаточно сложно проявить себя: с одной стороны, он, действительно, поднялся очень высоко и вроде бы мог проводить собственный курс, но, с другой, он постоянно действовал в тени прежнего лидера. Мелкие дела и свершения в этой ситуации в счет просто не шли, а все крупное сразу же уходило на чужой счет. Впрочем, как компромиссная и промежуточная фигура этой деятель устраивал многих, хотя ни у кого не было уверенности, что он удовлетворится именно такой ролью. Бывали в истории разные прецеденты.
Второй кандидат был как бы из военной среды. Настоящие военные, правда, с такой формулировкой были категорически не согласны, они как-то не очень любили тех, кто начинал службу сразу с генеральских погон, но дело не в формулировках, а в дисциплине на избирательных участках. Малосведущая публика полагала, что это - единый кандидат силового блока, и совершенно заблуждались. Как раз внутренней части силового блока, где каждый тащил одеяло на себя не только на ведомственном, до даже и на внутриведомственном уровне, такой фельдмаршал на посту первого лица был совершенно не нужен. Они предпочли бы там фигуру послабее, более подверженную различным влияниям, а еще лучше - и легкому шантажу. Так что "военноначальник", как его иногда называли, всерьез мог рассчитывать на поддержку тех групп населения, которые были связаны с армией, ВПК, или просто уж слишком увлекались военной историей. Впрочем, и таких в стране было не мало.