Сержант рассматривал допотопного уродца. Водитель вылез из кабины. И человек, и машина были такими, что еще встречаются в полузаброшенных деревнях. Наверняка мужичок пробавляется чем-то левым. Например, эти бревнышки в кузове… Сержанту было наплевать на все это, но что заставило мужичка искать разговора с ним? Он нехотя спустился из «стакана».
— Начальник, — помялся мужичок, — там авария. Человека сбили. На сто девяносто третьем километре. И еще километров пять по дороге к воинской части.
— Кто сбил?
— Не знаю, мимо проезжал. Автобус стоит, народ высыпал. Газик армейский. Летчик командует. Велел вам сообщить.
— Ранен кто?
— Может, ранен, может насмерть — не видел. Лежит на обочине. Я не разглядывал, начальник. Летчик сказал поторопиться. Но врачей вызывать не просил, так что, думаю, жмурик.
— Подожди здесь.
— Начальник! Тороплюсь очень! И так крюка дал. Ни в жисть бы в ваши края не сунулся. Войди в положение, начальник!
Сержант попытался поймать взгляд бегающих глазок.
— Ладно, гуляй. Но номер я запомнил. Если пошутил, лучше сейчас извинись.
— Какие шутки, начальник. Поторопитесь. Уж больно этот военный нервничает.
Грузовичок с трудом завелся, развернулся и затарахтел обратно. Сержант прошел в заднюю комнатенку и разбудил напарника. Тот вскочил.
— Ну что еще случилось?
— Происшествие, шеф. Похоже, сбили человека.
— Кто сбил? Где?
— На дороге к воинской части. Мужик проезжал мимо, сообщил.
— Где он?
— Отпустил я его. Толку с него никакого. Деревенщина в старой колымаге. Сам ничего не видел. Какой-то летчик погнал его сюда. На всякий случай я номер записал.
— Тьфу, черт! Ладно, придется смотаться. Будешь за старшего. Да, вызови туда врача, мало ли что. В любом случае, хотя бы констатирует смерть.
— Слушаюсь, шеф.
Лейтенант сел в патрульную машину и поехал, не включая мигалки. Шоссе было пустынным.
Патрульная машина остановилась в нескольких метрах от трупа. Милиционер козырнул военному и подошел к телу. Водитель автобуса порывался начать свои объяснения, но лейтенант жестом остановил его.
— Сначала осмотрим место происшествия, потом соберу показания.
Пассажиры автобуса снова начали проявлять любопытство.
— Никто ничего не трогал. Я проследил, — заметил летчик. Лейтенант кивнул, склонился над трупом и свистнул. Затем попробовал повернуть его голову, но тут же отдернул руки, будто коснулся огромного паука. Он обвел взглядом всю публику.
— Нет, — произнес он бесцветным голосом, — сначала, все-таки, показания.
Были опрошены все, кроме детей. Все сходилось, и картина получалась предельно простой. Но совершенно невероятной. Человек расшибся в лепешку, но ни на нем, ни на автобусе не было никаких внешних повреждений. То же самое с собакой. Хозяин и собака погибли одновременно и одинаково. Мистика какая-то.
Оба офицера отошли в сторонку.
— Честно говоря, я ничего не понимаю.
— Я тоже, — серьезно ответил летчик.
— С другой стороны, это вообще не мое дело. Автобус его не сбивал, это очевидно. Как и собаку.
— Я это видел собственными глазами.
— У вас в части случайно не проводятся какие-нибудь эксперименты?
Военный покачал головой:
— Исключено. Нас сокращают и расформировывают.
Милиционер пожал плечами:
— Ладно, посмотрим, что скажет медицина. «Скорая» должна бы уже подъехать.
Машина «скорой помощи» появилась минут через двадцать. Врач попросил милиционера и военных отодвинуть толпу подальше и осмотрел труп.
— Ничего не могу сказать, а еще меньше — понять, обратился он к лейтенанту. — Его можно забрать?
— Нет, лучше не надо. Я сейчас вызову специальную бригаду. Вероятно, будет расследование. А что хоть с ним случилось? На что похоже?
— Похоже… похоже, что его выпотрошили, сделали фарш и набили обратно. На ощупь все внутри совершенно однородной консистенции. Это и есть причина смерти, — доктор цинично осклабился. — А что явилось причиной этих изменений, без вскрытия сказать не могу. Думаю, понадобятся серьезные исследования.
Лейтенант поблагодарил врача и пошел к своей машине. Связался с постом.
— Сержант?
— Да, шеф.
— Не называй меня шефом хотя бы в эфире. И слушай внимательно. Вызывай сюда парней из госбезопасности. С хорошей лабораторией. С лучшими учеными страны.
— Что с вами, товарищ лейтенант?
— Ты мне не поверишь.
— Тогда мне никто не поверит подавно.
— Пусть спросят военных. Думаю, те быстренько прискачут. Очень похоже на то, что нагадили здесь именно они. Больше некому. Действуй, сержант.
— Слушаюсь, шеф, — с сомнением ответил тот.
Лейтенант вылез из машины. Мимо проезжала иномарка. Парень сбросил скорость до минимума, огибая препятствия, девушка рядом с ним прильнула к стеклу. Они оживленно переговаривались. Милиционер сделал знак рукой, чтобы парень поторопился. Не хватало тут еще зевак.
Возле автобуса что-то происходило. Дети осаждали водителя, тот сердился, а мать выговаривала детям. Прочие тоже говорили одновременно. Милиционер приблизился.
— Что еще случилось?
Все повернулись к нему. Шофер ответил:
— Забросили свою игрушку на крышу автобуса. Там ей теперь и оставаться.
Дети были готовы заплакать.
— Сними, — попросил лейтенант. — Трудно, что ли?
