– Есть, но вам не скажу. Потому что хочу услышать ваши, для этого вы мне и необходимы, – ответил Профессор. – Самое страшное заключается в том, что при нормальном развитии человек может получить многие подобные способности и сейчас, в нас остался не сам «Чужак», он-то ушел, но нервная система, перестроенная им, осталась, и она позволяет нам творить много интересного. И вот когда это поняли исследователи, они…
– Решили скрыть это знание от людей, – перебил его Витя с издевкой.
– Они, – продолжил Профессор, не отвлекаясь на его кривляние, – пошли к людям, обладающим деньгами и властью, и продали им это знание. А люди с деньгами и властью его купили, и появились такие организации, как наша.
– А вы сами – волшебник? – хихикнула Марина.
– Ну что вы, я только учусь, это нужно с раннего детства развивать. Когда мы рождаемся, у нас 80 миллиардов нейронов, к 25 годам их уже только 20. Требуется специальный тренинг, чтобы все сохранить, создать необходимые связи, развить способности. Можно и взрослого, конечно, научить. Нервные клетки, вопреки расхожему мнению, восстанавливаются, и новые нейронные связи появляются и у взрослых людей. Только зачем?
– И вы такое делаете? – спросил Андрей.
– Нет, конечно, я же спрашиваю – зачем?
– Чтобы создать новую породу людей, – предположил Андрей.
– Нам за эту породу спасибо не скажут, потому что та порода людей, которая держит весь гешефт, не горит желанием видеть подобное племя, молодое да незнакомое. Да и кто знает, куда повернет крышу у такого дарования. Мы – хранители знания, исследователи. И слово «хранители» тут надо понимать буквально. Охрана, которая никого к знанию не подпускает, и своего рода спецназ, который устраняет последствия, если кто-то доступ все же получил.
– Но сами вы, получается, никаких способностей не имеете? – уточнил Сергей.
– Мы сами имеем технологии, приборы и методики, которые могут творить такое, что вам и в кино не показывали. Мы знаем столько, что каналу Discovery хватило бы на сто лет аншлагов. Но сами мы – обычные люди, и за этим достаточно строго следят. У нас есть тренинги, повышающие различные способности, в основном, стрессоустойчивость и продуктивность, но все строго в рамках. Увы, суперменов мы не плодим.
– А наши партнеры? – осведомился Юрка.
– И наши партнеры тоже.
– А как вы это контролируете?
– Приборами, технологиями и методиками. Все держится на взаимном недоверии, ненависти и вражде. Нет надежнее партнерства, чем между искренне ненавидящими друг друга группами людей.
– Ну, а вдруг… – начал Юрка.
– Вдруг, молодой человек, сами знаете, что бывает. У нас все надежно, а если все же «вдруг» – есть ядерный запас и средства доставки, по которым мы однозначно впереди планеты всей. Давайте уже оставим этот разговор. В курс я вас ввел, с чертями познакомил, серьезность ситуации вы понимаете. Пришло время слегка перекусить, потом мы с вами перейдем к главному. Я, признаться, о главном на голодный желудок не особый говорун, а после чертей всегда такой аппетит… – Профессор повернулся к входной двери, ее открыли двое охранников, еще двое вкатили в зал большую тележку, на которой стояли контейнеры с едой и новые термосы. – Пожалуйста, угощайтесь, без спешки. Еда – тоже своего рода волшебство, особенно хорошо приготовленная. Тут, конечно, не мишленовский ресторан, но готовят очень прилично, и продукты хорошие, вокруг полно модных нынче экоферм, – Пятигорский подошёл к столу, взял тарелку и с энтузиазмом начал накладывать себе еду из разных контейнеров. – Ну, что же вы?! – он сделал приглашающий жест. – Давайте сюда, нам еще многое необходимо обсудить, на голодный желудок не зайдет.
Все наконец сдвинулись с места и присоединились к Профессору.
– А еда-то у вас командирская, – прокомментировал Витя после изучения контейнеров, – у нас все как-то попроще, поприземленнее.
– Все, как положено, дорогой мой, – ответил Профессор, не прекращая жевать, – что дозволено Юпитеру, не положено…
– Инопланетянину? – перебил его Юрка.
– Так тоже можно сказать, – согласился Профессор, – пользуйтесь, пока я добрый.
– А когда разозлитесь, то в ванну? – едко спросила Марина.
– Как фишка ляжет, может, и убить придется. Но давайте не будем проверять, хорошо? – Профессор строго посмотрел на Марину. – И, в конце-то концов, оставьте этот идиотский тон. Я с вами, как с людьми, с чертями вот познакомил, еды дал хорошей, столько рассказал. А вы все в позе ущемленной невинности пребываете…
– Простите, – Марина прервала речь профессора, – я никак не могу привыкнуть к своему новому статусу не человека и сопутствующему обращению. Вы в этом не виноваты, просто делаете свою работу, как вас учили и как считаете правильным. Постараюсь держать себя в руках.
Озадаченный словами девушки Пятигорский некоторое время молча смотрел на нее. Затем хлопнул в ладоши, потер руки и сказал:
– Давайте уже поедим, дамы и господа, а затем продолжим.
