– И диктовать условия нашего участия в этом проекте будем мы, Ник. Мы, а не вы, – Мортенс решил сразу расставить все точки над «i». – И пускать ли «Науком» на территорию
Только произнеся последнюю фразу, Мортенс задумался, а зачем вообще сказал ее. В любом случае, она была адресована не только Моратти, но и Койману, с большим удовольствием и напором сующему нос во все дела СБА. В дела, которые Мортенс считал только своими.
«А ведь я и в самом деле готов к разговору с москвичами», – подумал директор. Нет, никакого желания пустить, так сказать, козла в огород он не испытывал, но если «Науком» предложит решение проблемы с ломщиками Бойда, которых Филгорн найти не смог и уже вряд ли найдет, не исключено, что Мортенс и согласится. Разумеется, только в случае, если интересы самого Мортенса будут рассмотрены в этом проекте самым внимательным образом.
Неделю назад, когда Мортенс послал своего зама по связям с общественностью в Фадеев-тауэр выказать свое доброе расположение, договориться с «Наукомом» не получилось. Они хотели слишком многого. Если точнее – они хотели все сразу. Напирали на технические условия и вежливо отклонили предложение Мортенса о создании локальной сети, включающей только центр Даун Тауна.
Пока москвичи больше ничего не предлагали. Но уже звонили ему на «балалайку» справиться, отчего они не могут подключиться к существующей сети полноценно. Звонили ему, директору, с вопросом про сеть. Можно подумать, что в Анклаве не было технического отдела, отвечающего на все вопросы о неполадках сети, или, учитывая уровень звонивших, хотя бы Филгорна. Понятно, что спрашивать им было ничего не нужно – просто обозначили свое присутствие и, не исключено, прощупали почву.
Койман нервно закашлял и завертелся в своем кресле, будто уж на сковородке. Но выяснять отношения в присутствии Ника не стал.
На «балалайку» поступил вызов. Ну вот – легки на помине: звонили из Фадеев-тауэра. Мортенс задумался, было ли у него когда-нибудь намерение «не продаваться» корпорации «Науком». Нет, они все говорили об этом – Койман приходил в бешенство от одного только упоминания о московской корпорации, Моратти говорил о них с тихим ужасом в голосе. Но сам Мортенс – считал ли он, что отдать сеть Анклава в руки москвичей, которые обещали бесплатно наладить нормальную (а если верить рекламе, даже лучше, чем прежняя) связь? Он хотел навязать Койману и компании свои условия, внедрив собственный вариант сетевых программ. Но если это не получалось, возможно, стоило и согласиться на вариант «Наукома».
Мортенс дал отбой и сбросил обратно сообщение с номером одного из коммуникаторов со сдвоенным шифрованием сигнала, что хранились в ящике его стола.
– Если у вас нет других предложений, Ник, прошу прощения, но у меня дела, – с этими словами Мортенс открыл верхний ящик своего стола, достал нужный коммуникатор и вышел из кабинета.
Уже в коридоре он связался с начальником охраны и приказал проводить господина Моратти до транспортного узла. В устном приказе говорилось: «Проявив максимальную учтивость и уважение». Господин президент несуществующей организации очень торопится и ждет не дождется, когда его препроводят до борта его личного самолета. Благо своей охраной Моратти угрожать не пытался.
– Я вас слушаю, – ответил Мортенс, когда коммуникатор задребезжал в руке. Господа из Фадеев-тауэра не заставили себя долго ждать.
– Здравствуйте, господин директор.
– У вас есть для меня предложение, – констатировал Мортенс. Он решил опустить ненужные подробности с приветствиями и восхищением сегодняшней солнечной погодой.
– Вы невероятно прозорливы. Я полагаю, что вы даже догадываетесь какое.
– Скорее всего. Но все же технические подробности я хотел бы узнать до того, как вы поинтересуетесь моим согласием.
– Разумеется. Мы, как ответственные подрядчики, всегда информируем заказчика о технических условиях.
Условия оказались не самыми притягательными – корпорация «Науком» могла предоставить услуги организации сети без тотальной замены оборудования, но для этого им требовался полный
– Вы же понимаете, господин директор, – посетовал собеседник Мортенса, – все приходится делать в спешке, без должной технической подготовки. Со своей стороны, мы обязуемся – и это будет прописано в контракте, – что ни один бит не пропадет и все данные будут восстановлены и доступны после запуска нового контура. С полным покрытием Эдинбурга и его окрестностей придется подождать – для этого еще не готовы наземные мощности плюс потребуется выделить новый спутник, поскольку Северная Европа пока не охвачена нашим сигналом в должной мере.
