Да, я об этой части биографии дяди Саши на тот момент запамятовала. Сама-то я владею только русским, зато великим и могучим. Марис, как я предполагала, кроме русского и латышского, должен знать еще, как минимум, английский - если постоянно общается со скандинавами. Но может, и шведский, и финский. Это надо будет уточнить. Всегда уважала людей, говорящих на иностранных языках. Может, мне тоже заняться на досуге? Правда, как говаривал мой предыдущий, наш народ весь мир заставит говорить по-русски, потому что клиент всегда прав. А новый русский - клиент очень ценный и денежный.
- Если ликеро-водочный цех принадлежит некоему Зурабу Чкадуа, заметила я, - это вполне может быть грузинский.
- Я знаю, как звучит грузинский, - отозвался дядя Саша, - хоть и не могу на нем изъясниться. Бывал в Тбилиси неоднократно. Нет, не грузинский.
- Вы меня сейчас, наверное, за идиота сочтете... - начал Марис.
- Не тяни резину, - перебил Никитин.
- Я недавно отдыхал в Таиланде. Не уверен, но похоже на тайский.
- Откуда здесь тайцы?! - зашипела я. - Это наших в Таиланде сейчас немерено. Но тайцам-то к нам зачем ездить?
Марис неопределенно пожал плечами. Дядя Саша напряженно думал, потом заявил:
- Вот что, Наташа. Мы тебя сейчас поднимем к себе на плечи, взглянешь через забор по-быстрому. Взглянула - и назад. Только чтобы провести рекогносцировку.
- Есть! - отрапортовала я.
Меня подняли, и я увидела довольно большой двор, в котором кипела бурная деятельность. У меня было несколько секунд, но их оказалось достаточно. чтобы оценить обстановку.
- Ну? - одновременно спросили Шулманис и Никитин, опуская меня на грешную землю.
- Вьетнамцы, по-моему. Ну точно такие же, как у нас не так давно торговали кроссовками, куртками и всяким другим барахлом на рынках и в переходах метро. Но я их что-то давно в городе не видела.
- Значит, остались еще. Там что, целый полк их?
- Человек десять, - сказала я. - Это тех, что я увидела. Может, внутри еще есть.
- В смысле, где внутри? - спросил дядя Саша. - И что они делают?
- Коробки таскают. По двое одну. По виду тяжелые.
- Значит, спиртное грузят?
Я пожала плечами. Как я понимала, если бы это были бутылки, то они бы позвякивали, но звона не было слышно.
- Может, еще раз взглянуть? - предложила я.
- Нет, еще раз не надо, - решил дядя Саша. - Сейчас отойдем подальше. Туда, откуда этот цех не виден. Там и заберемся. Тут место хорошее, чтобы перелезать, но раз погрузка идет - не стоит.
Дядя Саша снова повел наш отряд, потом остановился и спросил у Мариса:
- Ты не помнишь, какой там цех? Ну там, где вьетнамцы? И вообще, ты хоть одного днем видел?
- Нет, - Марис покачал головой. - И не видел, и не помню. У меня же нет плана завода, но дикеро-водочный, по-моему, с другой стороны расположен, а директорский кабинет - прямо над ним. Вот сейчас мы как раз к этому цеху подойдем.
Мы опять остановились под густыми тополиными кронами, прислушались. Никаких звуков не раздавалось.
- Так, Наташа, опять тебя поднимаем. Осмотрись.
Во дворе с этой стороны было пусто. Валялись пустые ящики, какие-то канистры, осколки стекла, куски проволоки, металлическая стружка. В общем, типичный заводской двор. По находящимся там предметам и не поймешь, что производят на заводе. Если это вообще можно понять, даже пройдясь по территории. Метрах в двадцати от того места, где стояли мы, только с другой стороны забора, располагался какой-то сарай. Между ним и забором было около метра. Рядом с сараем стояла огромная цистерна.
Я сообщила об увиденном, и полковник принял решение продвинуться на двадцать пять метров влево и перелезать между сараем и цистерной, чтобы в случае возникновения непредвиденных обстоятельств мы могли спрятаться или за сараем, или за цистерной. Так мы и сделали, зацепив альпинистский крюк и спустившись по припасенной веревке. Процедура не отняла много времени.
Какое-то время мы стояли за сараем, прислушиваясь, потом дядя Саша выглянул с одной стороны, Марис - с другой. Никого не было. Отсюда даже вьетнамцев не было слышно.
Шулманис напомнил, что в ликеро-водочном цеху должна быть своя охрана.
- Спят, наверное, - высказал свое мнение Дядя Саша.
Я с ним согласилась.
Дядя Саша осматривался, решал, как действовать дальше.
- Куда теперь? - прошептала я.
- Сейчас попробуем все двери на этой стороне. Может, какую-то и не закрыли. Или закрыли плохо. Зайдем, осмотримся - и там как-нибудь проберемся на третий этаж. Марис, точно помнишь, как к директорскому кабинету идти?
Шулманис кивнул.
- Эти точно не в ликеро-водочный? - Дядя Саша кивнул, показывая на интересовавшие его двери.
- Да вроде бы нет, - ответил Марис. - Он дальше должен быть.
Мы перебежали через двор и кинулись к трем различным дверям. Я не сомневалась, что и у полковника, и у журналиста имеются какие-нибудь отмычки или еще какие-то приспособления для несанкционированного открывания дверей, но для начала все равно надо было попробовать, заперты ли они.
