Високосный, 2008 год полностью

А Валентина вышла на сцену лишь под занавес, когда Платон уже расплачивался:

– «Как жизнь?!» – начала она, слишком весело улыбаясь.

– «Да нормально!» – формально начал Платон, но ту же спохватился:

– «Хоть держись! Всё бьёт ключом, гаечным, но не по голове, а по плечу! Нет, шучу! Всё нормально! Вот если бы Вы меня спросили, как живёшь, то раньше я отвечал – регулярно и с удовольствием!».

– «А сейчас?!» – радостно подхватила тему догадливая Валентина.

– «Да и сейчас бывает с удовольствием, но не регулярно…, что явно недостаточно и вредит здоровью!» – смеясь, закончил он.

– «Ха-ха-ха!» – в свою очередь рассмеялась озабоченная женщина, поняв намёк не менее озабоченного мужчины.

В четверг утром, одиннадцатого декабря, Платон персонально поздравил Алексея с днём рождения, пожелав тому пока только здоровья, так как остальное ему само собой приложится.

Позже на своей машине именинник повёз Надежду с подарком и поздравлением в институт к Ольге Михайловне.

Через окно цеха Платон увидел, как подпрыгивающей походкой довольного собой человека, Алексей шёл к машине.

Наверно, потому, что он теперь ходит мало, старается это делать усердней?! – подумал тогда насмешник.

Опять же, через окно, он увидел, что стоящая около машины начальница, кроме всего прочего, держит в руке и файл с листом белеющей бумаги – наверняка его стихотворение.

Но занятого работой автора не взяли, никак не объяснив такой подход, а курьер-доцент был на задании.

Тогда Платон невольно подумал, что Надежда ревнует его к прошлому успеху, и не хочет, чтобы автор зачитал сам своё послание, и вновь засветился с ним.

Так ей было удобнее.

То есть самой зачитать, якобы, её, или, в крайнем случае, всего коллектива послание, не выпячивая достижение персонально Платона.

Не знала тогда ревнивица, что этим она сама себя и высекла, так как дальновидный Платон её здесь же нечаянно и подставил. Ибо Юбилярша уже имела на руках полный, авторский экземпляр поздравительного стихотворения.

По неожиданно скорому возвращению поздравляющей парочки никакой информации от них не поступило.

Позже, улучив момент, Платон исподволь подвёл Надежду к этому вопросу, но та высказалась очень кратко:

– «Мы приехали, зашли на этаж. Там был накрыт стол, но мы садиться не стали. Вызвали Ольгу вниз, и на улице перегрузили наш тяжёлый подарок сразу в её машину. Она была страшно довольна такой универсальной газонокосилкой!».

И всё! Больше Платон ничего интересного для себя не услышал.

В этот же день, но не по обыкновению, а с большим скрипом, с долгой неизвестностью, рабочее время для коллег неожиданно закончилось, поначалу было манкированным, днём рождения Алексея.

С утра Надежда объявила, что Лёшка не собирается отмечать свой праздник по семейным обстоятельствам.

В обеденный перерыв, пообедав в столовой, Платон зашёл в булочную на углу Воронцова поля, и неожиданно встретил там Гудина. Тот стоял в очереди позади офицеров-африканцев и явно маялся, готовясь что-то сказать им умное, академическое, нарочно пока не обращая внимания на коллегу.

– «Ребят! А Вы из какой страны?» – наконец спросил Гудин офицеров-африканцев.

– «Из Заира!».

– «А это што за страна?» – всё же шёпотом спросил он у Платона.

– «Да бывшее Конго!».

– А-а! А как там Чомба Ваш поживает?».

Те, вытаращив от удивления глаза, испуганно посмотрели на дурака.

– «Ты бы ещё спросил их про Иисуса Христа! Дубина! Твою Чомбу уж давно прибили!».

Старец захохотал, делая вид, что пошутил, и не обращая сейчас внимание на оскорбление коллеги.

Пообедав, Платон спокойно работал. Также спокойно работали и все остальные, включая самого Алексея.

И вдруг, как прорвало! В половине четвёртого Алексей неожиданно предложил подъехать в их любимый ресторан «Пилзнер».

Однако коменданта Ноны на рабочем месте в этот момент не оказалось. Так что недолюбливаемой Алексеем и его любовницей Ольгой красавице Ноне сегодня, как говорится, обломилось. На авто Алексея подъехали до середины Покровского бульвара, далее прошли пешком.

Алексей с Гудиным быстро шли впереди. Было смешно видеть, как старый, почти вприпрыжку еле поспевает за молодым.

Платон с Надеждой не спеша, степенно и уверенно, шли сзади.

Наверно сейчас Иван гудит Лёшке на ухо по-поводу предстоящего непомерно большого и дорого моего заказа? – подумал Платон.