— Вы запросили информацию о Викторе и Марии Вега, а также их ребенке, рожденном в этой больнице, — прервал ее Джонсон. — Подтверждаем: Мария Вега собиралась сделать плановое кесарево сечение, однако врачи провели экстренное из-за патологического состояния плода.
— А потом? — спросила Геррера.
Дэвис нервно отряхнул воротник.
— Ребенку обеспечили стандартный послеродовой уход. Девочка быстро оправилась, и уже через час ее перевели из отделения реанимации в обычную палату. Родственникам разрешили посещение.
Нина прищурилась.
— Сколько еще детей родились в окружной больнице Финикса в тот день?
Дэвис покосился на Джонсона, и тот промолчал — позволил ответить.
— Тридцать четыре ребенка. Троих направили в реанимацию, остальных — в палаты.
— Сколько девочек было среди тех троих? — давила Нина.
— Две.
Она методично забрасывала начальника больницы вопросами:
— А латиноамериканок?
— Одна, дочь Марии Вега.
Нина быстро обдумала сказанное: значит, подмена младенцев произошла не в реанимации.
— Час спустя девочку отправили в палату для новорожденных? Туда, где лежал еще тридцать один ребенок?
Джонсон слегка кивнул Дэвису. Тот громко сглотнул перед ответом.
— Вообще-то, к тому времени там находились тридцать два ребенка. Девочка Вега стала тридцать третьей.
Лысина начальника покрылась испариной.
Нина почуяла страх и набросилась на Дэвиса, как собака на кость.
— Вы же сказали, в больнице родились тридцать четыре ребенка? Троих отправили в реанимацию, итого тридцать один младенец в палате. Когда Вега перевели к ним, всего получилось тридцать два.
— Вы спрашивали, сколько детей родились здесь, и я не соврал, — заявил Дэвис. — Один ребенок появился на свет вне больницы, но его доставили к нам вскоре после рождения.
Нина сжала кулаки под столом, а то схватила бы директора за ворот и трясла, покуда капельки пота не упали бы с макушки.
— Сколько девочек находилось в обычной палате? — попробовала она иной подход.
— Семнадцать.
— А латиноамериканок?
— С девочкой Вега? Две.
— Вне больницы родилась вторая латиноамериканка, да?
Дэвис бросил взгляд на Джонсона. Тот кивнул.
— Да.
Прогресс наметился.
— Это важно для нашего расследования, мистер Дэвис. Что еще вы можете сообщить?
— Та другая девочка родилась дома, — ответил начальник больницы, снова покосившись на юрисконсульта. — Как выяснилось, мать не успела до нас добраться. Соседка вызвала полицию, услышав крики за стеной. Полицейские сами приняли роды за считаные минуты до приезда «Скорой». Спасательная служба доставила мать и младенца в пункт первой помощи.
— А ребенка отправили в палату для новорожденных?
Дэвис кивнул.
— Мы осмотрели девочку, а мать получила необходимое лечение.
— Какое именно?
Вмешался Джонсон:
— Мы не вправе разглашать эти данные. Врачебная тайна.
— Можете сообщить имя матери?
— Нет. Юридические последствия, сами понимаете.
Нина попыталась выведать хоть что-то:
— Когда ее и ребенка выписали? Девочка выжила?
— Мать вскоре поправилась, — поделился Дэвис. — Девочка была здорова. — Тщательно обдумав следующую фразу, он добавил: — Женщина предпочла не ночевать в родильной палате.
— А Мария Вега?
— После операции миссис Вега и ее ребенок остались еще на четыре дня.
— Четыре дня из-за кесарева? Что-то случилось?
— Стандартная процедура для того времени, — пояснил Дэвис. — Сейчас госпитализация намного короче.
Нина пришла к неизбежному выводу:
— Вы ведь понимаете, что девочек подменили в больнице перед выпиской той женщины?
— Бездоказательное заявление, — объявил Джонсон. — С чего вы взяли, что детей забрали не биологические родители?
— В тот день в палате лежали всего две девочки-латиноамериканки. Согласно уликам… — Она чуть не рассказала об отсутствии родства между Вега и погибшим ребенком, но вовремя остановилась. — Мы еще работаем над расследованием. Нам нужны имена обоих родителей той девочки.
— Как я уже сказал… — Джонсон поправил галстук. — Я не вправе разглашать подобную информацию. Мы и без того многим с вами поделились.
Нина заглянула в глаза юрисконсульту.
— Речь идет об убийстве, мистер Джонсон.
— Убийстве? — Он приподнял бровь.
— Мы не вправе разглашать детали расследования, — не удержалась она от мелкой мести. — Юридические последствия, сами понимаете.
Разговор зашел в тупик.
— Пока нет правовых документов, говорить нам не о чем. — Джонсон протянул Нине визитку, эффектно завершая встречу. — Приходите с повесткой в суд или ордером ко мне в офис, и я немедленно подчинюсь.
Покидая больницу, Геррера кипела. Они застыли в мертвой точке — а все из-за юридической и бумажной возни… Она стояла в шаге от успеха — и вот!
— Джонсон и Дэвис владели важнейшей информацией, но не поделились!
— Волнуются о правилах, — детектив пожал плечами.
— Скорее о своих задницах, — фыркнула Нина, шагая к парковке. — Заявление на ордер составлять несколько часов. И не факт, что судья подпишет.
Перес застыл на месте.
— Если попросите вежливо, дам вам желаемое минут через пятнадцать. — Ямочки появились у него на щеках. — Без всякого заявления.
— О чем вы, Перес?
Агент улыбнулся еще шире.
