— Подозреваемый был активен около тридцати лет, значит, ему за сорок-пятьдесят, — с готовностью ответил профайлер. — Среди жертв встречаются все расы, так что в этом аспекте я не уверен. Он действует по расписанию и строит точные планы — редкий человек с АРЛ столь собран.
— Дисциплинированный психопат. — Нина язвительно улыбнулась.
— Вероятно, у него стабильная работа. Возможно, в сфере продаж. Он успешен, потому что с легкостью убеждает купить побольше и подороже.
— Коммивояжер? — предложил версию Бакстон. — Это объясняет убийства по всей стране.
— Тоже вариант. Хотя выгадать время для поездки в принципе не сложно, если убиваешь раз в четыре года. С другой стороны, его рабочий график поможет отсеивать неподходящих подозреваемых по ходу расследования. Можем проверить, кто просит отпуск каждый високосный год примерно в конце февраля.
— Один вопрос, — вмешалась Брек. — Вы все время говорите «он». Почему не «она»?
— Серийных убийц женского пола предостаточно, верно. — Уэйд нахмурил седые брови. — Однако я полагаюсь на исследования. Практически все женщины, совершившие несколько убийств, выбирают людей знакомых или находящихся под их опекой. А те, кто нападает на незнакомцев, не преследуют жертв и не вламываются в дома… Уверен, это мужчина.
— Как еще сузить поиск? — спросил Бакстон.
— Скорее всего, в детстве субъект не умел держать себя в руках, — рассудил Уэйд. — За ним должны числиться вспышки жестокости. Он нападал на всех, кто представлял угрозу или не давал получить желаемое. Поищите прогулы в школе, кражи, прочие неприятности… Почти наверняка — поджоги или просто интерес к огню.
Несколько лет назад Нина кое-что слышала о психопатах.
— А энурез[7] и мучения животных?
— Вижу, вы знакомы с триадой[8]… Многие и вправду мочатся в постель, издеваются над животными и любят поджоги. Не удивлюсь, если подозреваемый подходит по всем пунктам. — Уэйд бросил взгляд на Кента. — Есть что добавить?
— Пока сведений недостаточно, — тот развел руками. — Портрет поможет вычеркнуть лишних подозреваемых, когда появится список.
Самая странная часть головоломки не давала Нине покоя.
— Но почему раз в четыре года, двадцать девятого февраля?..
— Уникальный почерк, — признал Уэйд. — Я с таким не сталкивался.
Брек показала на экран:
— Я искала информацию про цифру четыре. Оказывается, на нее много исторических отсылок: четыре времени года, стихии, стороны света…
— …всадника Апокалипсиса, — помогла Нина.
— Пожалуй, — усмехнулась Брек.
Кент подошел к доске и постучал пальцем по нескольким точкам на временно́м графике.
— Если он убивает двадцать девятого февраля, то у него фактически нет перерывов.
— То есть? — растерялся Бакстон. — Между инцидентами большой промежуток.
— Подозреваемый нападает каждый високосный год. Если наш субъект совершил все восемь убийств, то он не пропустил ни одного раза.
Слова Уэйда прервали наступившую тишину:
— Как минимум два дела связаны однозначно — совпадают отпечатки подошв. Хочу своими глазами осмотреть свежее место происшествия. Так лучше поймем, с чем имеем дело.
— Он почему-то дважды избирал мишенью Финикс, — напомнила Брек. — Там произошло первое и последнее убийство — если, конечно, начало было двадцать восемь лет назад.
— Зачем он вернулся к исходной точке? — недоумевала Нина.
Уэйд обратился к Бакстону:
— Давайте проверим. Прямо сейчас.
Босс чуть приподнял брови.
— Завтра у всех занятия по стрельбе в учебном центре.
Тренировка была финальным аккордом в экспериментальной программе, над которой Бакстон корпел уже четыре месяца. Он планировал создать особую команду. Уэйд и Кент работали профайлерами в ОПА, Брек на длительный срок перешла к ним из Отдела киберпреступлений, а Нину взяли из вашингтонского офиса ФБР.
Обычно агенты держались одной отрасли, но Бакстон убедил начальство Бюро испытать в деле уникальное гибридное подразделение и поручить ему работу на месте, а не в тесных рамках офисов ОПА. В случае успеха по стране собирались открыть несколько таких формирований, ну а провал означал крах карьеры Бакстона.
— Ладно, перенесу тренировку на выходные, — вздохнул босс.
Брек, похоже, открыла очередную вкладку.
— Прямых коммерческих рейсов до Финикса немного, — сообщила она, водя мышкой по столу. — Мест уже не осталось. Попробую найти вариант с одной-двумя пересадками.
Нина ненавидела ожидание. А уж в аэропорту… Она взглянула на босса.
— Учитывая серьезность положения, вы могли бы… выбрать другой способ.
— Профайлеры ОПА летают только коммерческим рейсом, — отрезал Бакстон.
— А мы не профайлеры. — Нина жестом обвела присутствующих. — Мы новая гибридная группа!
Босс едва сдержал улыбку.
— Не забывайтесь, агент Геррера!
Обычно поездка домой в Спрингфилд занимала у Нины максимум сорок пять минут, но из-за проливного дождя пришлось ехать вдвое дольше. Едва она поднялась на четвертый этаж по лестнице — лифта в здании не было — и сняла промокшее пальто, как раздался стук.
