Он свободно падал во тьму. Махал руками и ногами, тщетно пытаясь ухватиться за воздух. Кричал, но не слышал свой же крик. Под ним появился туннель, который, словно колодец, был наполнен ярким светом. Он очень быстро приближался к нему, и вскоре туннель поглотил его.
Вождь племени Варана открыл глаза. Он не понимал, где находится. Жаркое светило испепеляющим жаром пронизывало все вокруг. Ладонью он прикрыл глаза и обернулся на звуки. К нему навстречу приближался ряд из всадников, восседавших на варанах. За первым рядом тянулись другие. Когда они приблизились, он узнал Салезара, который возглавлял их. Вайнар обрадовался и хотел окликнуть своего стражника, но голос растворился в пространстве, не позволив издать ни звука.
Лица орков были вымотанными и обезвоженными. Салезар, как и остальные, обливался потом. Рептилии под всадниками были вялыми. Они, медленно перебирая лапами, высовывали раздвоенные языки.
— Салезар, так больше продолжаться не может. Тут нет воды. Наши соплеменники валятся с ног один за другим, — обратился к нему Жыргал.
— Вайнар приказал вести племя на юг, я лишь исполняю его волю. Осталось немного, я уверен, — вялым голосом выдавил тот.
— Ты врешь! Я приказал идти на восток и присоединиться к племени Громовура! — возмутился Вайнар, но голос продолжал тонуть в пространстве.
Вождь беспомощно наблюдал, как после сотни всадников на варанах пешком тянулось несколько тысяч его соплеменников. Еле перебирая ногами, замученные жаждой, они плелись за лжецом. Дети плакали на руках у родителей. Женщины и старики валились с ног. Кого-то из них удавалось поднимать тем, кто еще мог стоять, другие — без признаков жизни — оставались лежать лицом в раскаленную землю.
Внутри Вайнара все разрывалось. По щекам текли слезы. Он кричал в пустоту, глядя на трагический закат его племени.
— Мамочка, умоляю, вставай! — рыдала девочка лет шести, пытаясь поднять безжизненно упавшую женщину.
К ней подошел пожилой мужчина.
— Оставь ее, дитя, нужно идти дальше, — сказал он ей и, взяв за руку, заставил идти.
— Нет! Мама! — Слезы ручьем лились по ее щекам. — Ма-а-а-ама!..
Вайнар плакал вместе с ней. Только сейчас он забыл о брате и чувствовал, как виноват перед своим племенем. Он побежал в их сторону, но орк с девочкой, как и все остальные, резко начали отдаляться. Чем быстрее бежал Вайнар, тем дальше они становились. После еще одного шага на бегу он вновь провалился во тьму.
После следующего колодца, источавшего свет, в который вновь упал, он оказался в совершенно другом месте. Вытерев слезы, оглянулся. Вокруг горы, деревья и извилистая река. Было ясно, но солнце больше не было таким невыносимым. Его обдувал ветерок свежим, приятным воздухом горных трав. Он еще не пришел в себя после увиденного, его сердце разрывалось. Вдруг он услышал знакомый голос.
— Довольно, мы не можем более ждать варанов, — клацнул клыками Громовур, восседавший на буйволе. — Что ж, тогда остается самим. Прикажи войску наступать.
Вскоре затрубил рог, гул от которого поднялся до вершин гор. Сотня птиц взмыла в небо с высоких, могучих деревьев. Сотни воинов на буйволах, вооруженные серпами, следовали за своим вождем в гору. Вайнар хоть и стоял на месте, все же перемещался параллельно им, словно его нес сам ветер.
С вершин гор спускались голубокожие великаны. В ручищах они несли огромные валуны или целые деревья. Их было гораздо меньше, чем орков, тем не менее они уверенно спускались навстречу.
Когда расстояние между враждующими сторонами сузилось, в небо взмыли десятки валунов.
— Берегись! Камни! — Кто-то предостерег соплеменников.
Воины на буйволах пытались лавировать. Валуны с грохотом врезались в землю и катились вниз по склону. Наконец, один из них накрыл собой сразу двоих орков. Затем еще и еще. Валуны оставляли после себя кровавые тела. Единый боевой клич стал прерываться отчаянными воплями боли. Громовур на буйволе умело уворачивался и упрямо вел свою армию. Когда до великанов оставалось всего-ничего, раздался другой боевой клич, и десятки орков обогнали вождя, чтобы первыми принять на себя удар.
Волна воинов врезалась в десятки огров, которые встретили ее, размахивая деревьями, скидывая с буйволов по несколько всадников за один замах. Громовур пригнул корпус, затем замахнулся серпом и наотмашь порезал ногу одного из огров, и тот упал на колено. С могучим рыком от боли он продолжал размахивать деревом. На него вихрем мчался один из воинов. Этот орк, словно сам дьявол, ловко встал на седло и, держа равновесие, готовился к атаке. Приблизившись к огру, он оттолкнулся ногами от седла и в прыжке, идеально ровно, рассек шею великана, после чего тот замертво свалился на спину, придавив себя тем же деревом, что держал в руках. Орки радостно закричали, вдохнув дух в войско.
На несколько десятков раздавленных орков замертво падал один огр.
