Я даже замер посреди прохода от неожиданности. И как же я мог позабыть о первой красавице универа? Наверное просто знал, что у нас не может быть ничего общего, вот и не думал в эту сторону. Местные помешаны на силе дара или его росте, что не составляет особого труда, при наличии тугого кошелька. У меня, по общеизвестной версии, нет ни того, ни другого.
Получается, Зоя Павловна вовсе не с плотским интересом рассматривала молодого гостя. Она либо видела меня прежде в Орле и узнала, либо догадалась, что я прибавил себе пару лет. Как результат могла поведать об этом своей дочери, которая… А что она? Попробует взять меня в оборот и женить на себе?
Обладатели дара сильного от природы желанный трофей даже для старинных знатных родов. Это как племенные быки, которых приобретают для улучшения породы. Собственно именно поэтому я и не желал афишировать свои способности. Не хочу, чтобы меня пользовали как захочется. Идут все они лесом.
Не скажу, что брак по расчёту мне в буквальном смысле претит. Но и жениться из одной лишь выгоды желанием не горю. А то ещё сведут с какой-нибудь страхолюдиной от которой во сне топором не отмашешься, и будет мне радость. Да ну нахрен!
— Ты чего замер? Пошли, — подтолкнул меня друг, и я наконец сдвинулся с места освобождая проход.
— И к чему я понадобился первой красавице универа?
— А я знаю. Сколько парней она уже отшила и не сосчитать, а тут вдруг… Хотя-а-а, чего это вдруг, ты у нас красавец каких мало.
— Только бесталанный.
— Да ладно. Поднять ранг хотя бы до седьмого особых проблем не составляет.
— Только для этого нужна сущая мелочь, деньги.
— Кхм, — смутился мой друг, и суетливо кивнул в сторону университетского театра, куда направлялись и другие студенты.
Торжественная часть по случаю начала нового учебного года прошла как всегда пафосно. Не скажу, что нашлись смельчаки, которые посмели явиться в универ подшофе. Но в том, что больше половины, причём и девицы в том числе, не слушали ректора и перешёптывались относительно планов на вечер, поручусь смело…
— Итак, милостивые государи, позвольте теперь уже от себя лично поздравить вас с началом учебного года, — заняв своё место за кафедрой, произнёс лектор, и с хитринкой добавил. — Но учтите, если у кого-то есть возможность использовать зелье роста, то пить горячительное можно только по прошествии трёх часов. Иначе эффект вам явно не понравится.
— А какой будет эффект, Пётр Аверьянович? — не удержался от вопроса мой друг.
— А вот вы нам об этом и поведаете на следующей лекции. Жду от вас развёрнутого доклада. Практический опыт разрешаю не проводить.
По лекционной аудитории пробежали шепотки и смешки. На верхнем ряду в дальнем от меня углу кто-то не выдержал и захохотал. Преподаватель посмотрел в ту сторону, и ткнул указкой.
— Зотов, вы находите это смешным?
— Прошу прощения, Пётр Аверьянович. Просто я представил…
— И?
— Прошу простить, — приложил руку к груди провинившийся студент.
— Судари, сударыни, позвольте мне поздравить вас с первой отличной оценкой в этом году. Да, да, Зотов, я ставлю вам отлично. Но если вы расскажете о том, что известно вам, и я об этом узнаю, а я узнаю, тогда курс алхимии вы запомните до преклонных лет.
— Мне теперь стало прямо совсем интересно, каков же эффект у подобной смеси, — довольно громко буркнул Вальцов.
На этот раз смешков не было, но шепотки стали громче и гуще. Похоже интересно было не только ему. Я же лишь усмехнулся про себя. Молодец Глебов, умеет привлечь внимание студентов к своему предмету. У меня нет и капли сомнений, что многие из присутствующих посетят сегодня библиотеку в поиске ответа на этот вопрос. Хотя откровенно непонятно, неужели никто из студентов не испытал это на практике. А ведь должны бы. Многие из них кто время от времени, а кто и регулярно пользуют зелье роста, как и ведут активную студенческую жизнь. Или не предавали этому значения, полагая это естественным? Всё может быть.
Взбодрив нас таким образом, Пётр Аверьянович приступил собственно к лекции. Кто сказал, что первый день занятий один сплошной праздник. Как бы не так. Мы без раскачки вгрызлись в гранит науки. Просто сами не поняли каким образом это произошло. Говорю же, талант у Глебова.
— Пётр Аверьянович, разрешите вопрос? — поднял я руку.
Ну, а почему собственно говоря не спросить умного человека, коль скоро он сам заговорил о фейерверках и порохе в частности.
— Прошу, Ртищев, — разрешил он.
— Я читал, что огнестрельное оружие серьёзно потеснило луки, арбалеты, а в войнах между людьми, даже заставило отказаться от доспехов. Но всё вернулось на круги своя, как только была создана цепочка рун, позволяющая подрывать порох на расстоянии, в результате чего от него отказались.
— Всё это так, сударь. Но в чём ваш вопрос?
— Не пытались ли алхимики создать какой-нибудь другой состав, для получения такого же эффекта как у пороха? По-моему, коль скоро оружие так хорошо себя проявило, от него слишком поспешно отказались.
