— В его присутствии я не проглочу ни кусочка! — хмуро признался Валера.
— Ерунда, — отмахнулась Наташа. Она помнила, что в двадцать лет ела все подряд, а фигура у нее тогда была, как у балерины. — Главное — держаться уверенно.
Это она сказала скорее для себя, чем для Валеры Козлова. Сказала — и толкнула дверь. Покровский и его дочь, сидевшие за столом, подняли головы и посмотрели на них. Вернее, на нее, на Наташу. Потому что она шла первой и предстала перед ними во всей красе. Марина тотчас же подавилась и закашлялась, а Покровский пробормотал:
— Так-так.
После чего отложил салфетку, поднялся и отодвинул соседний стул.
— Значит, вы — Наташа Смирнова.
— Да вроде мы уже познакомились, — пробормотала она и, поглядев на красную Марину, более внятно добавила:
— Здрасьте.
— Доброе утро! — выдавила из себя та. Глаза у нее были ярко-зеленые, как у папочки, но в отличие от него, отражали все переживаемые чувства.
Чтобы хоть как-то поддержать ее, Наташа обернулась и сказала:
— А вот Валера.
— Какие люди! — полным яда голосом ответил Покровский. — Просто даже не верится. Что ж, садитесь, юноша.
Валера бочком продвинулся вдоль стены, уселся на самый краешек свободного стула и остекленел. Наташа подумала даже, что, если до него нечаянно дотронуться, он осколками осыплется вниз. Покровский тем временем сосредоточил все внимание на своей будущей помощнице.
— Ну-с, — сказал он, обмазывая джемом булочку, — вы довольны комнатой?
— Еще бы, — ответила Наташа, которая практически всю ночь проспала на коврике в холле. — Комната замечательная.
— Вы ведь умеете обращаться с компьютером? — с неожиданным подозрением поинтересовался Покровский.
— О да! Компьютеры — это мой конек.
— А какое у вас образование?
— Вполне достаточное, Андрей Алексеевич, чтобы разобрать бумаги. Так что вы не волнуйтесь, обработаем ваш архив в лучшем виде.
— Это архив моего отца, — поправил Покровский. — Впрочем, о работе поговорим после завтрака. — Он обернулся к Валере:
— Что же вы, молодой человек, сидите, как именинник? Уж съешьте что-нибудь.
Марина с подбадривающей улыбкой налила Валере чаю и положила на тарелку кусок яичницы.
— Значит, — не отставал от него Покровский, — вы были на даче у общего друга.
— Да, здесь недалеко, папа, — с нажимом сказала Марина, надеясь, что он переключит свое внимание на нее. Однако он по-прежнему смотрел на ее смущенного ухажера.
— И что же, вы специально подгадали поехать в такую погоду, чтобы можно было остаться там на ночь?
Если до сих пор щеки Валеры были розового цвета, то теперь они сделались темно-рубиновыми.
— Ну что вы, Андрей Алексеевич, — ответил он. — Погоду я не заказывал.
— Дерзите? — хмыкнул Покровский, засовывая в рот булочку.
От возбуждения он очень быстро жевал и одновременно готовился к следующему выпаду.
— Папа! — сердито сказала Марина. — Мы всего лишь пережидали грозу. Ведь ты бы не хотел, чтобы нас убило молнией?
— Кстати, — заметила Наташа, потянувшись к сахарнице. — Вчера одного мужчину как раз убило. На пляже. По радио передавали. Бубрик тоже в курсе.
— Ну, раз даже Бубрик в курсе… — поднял брови Покровский.
Наташе стало смешно оттого, как он ревнует дочь, и она ухмыльнулась. В этот миг во входную дверь постучали.
— Кто-то в гости к тебе, Андрей Алексеевич! — крикнул издалека Генрих.
Протопали шаги, и через минуту в холле зазвучали голоса. Покровский вытянул голову, пытаясь через приоткрытую дверь рассмотреть гостя. Рассмотрел и позвал:
— Стас, мы завтракаем! Иди сюда.
— Пожалуй, мне пора, — засобирался Валерий, и Марина немедленно выскочила из-за стола:
— Я тебя провожу!
Дверь распахнулась, словно ее толкнули двумя руками, и на пороге возник царственный брюнет с широко расставленными глазами и мушкетерскими усиками.
— Большой привет всем добрым людям! — прогудел он.
Поскольку первым на пути ему попался Валера, он потряс его руку, а потом схватил в охапку Марину и покачал из стороны в сторону:
— Здравствуй, красотка! Скучала по дяде Стасу?
Марина взвизгнула и, выкрикнув: «Скучала!», убежала вслед за Валерой в холл.
— Привет, Андрей!
Стас подошел к столу, поздоровался с Покровским, не сводя при этом глаз с Наташи.
— Познакомьтесь, — ответил хозяин дома на его невысказанный вопрос. — Это Стас, а это вот Наталья… — Он замялся, ожидая, что ему подскажут отчество.
— Просто Наталья, — вставила та и кокетливо улыбнулась, позабыв, что в настоящее время производит на мужчин совсем не то впечатление, к которому привыкла.
— Наталья будет помогать мне разбирать папин архив.
— Наконец-то, — сказал Стас, капитально устраиваясь за столом. — Надеюсь, теперь ты перестанешь комплексовать и спокойно займешься своими делами. А то брошенный архив давил на тебя. Кстати, что это за мальчишка с Маринкой? Кажется, я уже видел его у вас.
— Козлов, — с неподражаемой интонацией ответил Покровский.
— Кто такой?
— Гардеробщик. Вешает пальто в трактире «Кушать подано».
— Вижу, ты его не жалуешь, — хмыкнул Стас, набивая себе рот оладьями. — Чем он тебе не потрафил?
— Он, видите ли, собирается жениться на моей дочери! — возмущенно сообщил Покровский.
