В моём же распоряжении есть ещё четверо одарённых на заставе. Они сливали ману в накопитель, который всё время находился у коменданта Иевлева и на случай нападения тварей являлся резервом. Управляющий Булыгин также изъявил желание пополнять алтарь. А вот его супруга уже не могла позволить себе подобное, потому что была на службе и должна всё время находиться в боевой готовности. У неё и накопитель имеется из княжеской казны.
Словом, как бы то ни было, а в достаточно мощных картах мы сейчас недостатка не испытывали. Но и стрелять из пушки по воробьям так себе решение. Поэтому решили обзавестись ещё одним «Копиром», шестиранговым. А к кому мы могли ещё обратиться, чтобы сохранить достижение Ольги в тайне, как ни к матушке. Вот уж на кого можно положиться целиком и полностью.
На выходе должно было получиться «Копьё» с зарядом в двадцать пять и уроном в семьдесят пять единиц. Весомый аргумент для низкоранговых тварей, который станет валить их одним ударом. Но главное то, что копирование одной карты обходится вдвое дешевле, чем из-под моей руки.
Всё же странное дело. Я могу создавать рунные цепочки зарядом от одной единицы до полусотни. Но когда дело доходит до карт, регулировать этот процесс уже не получается, и они выходят на максимальный заряд. Потому «Копир» и не может выдать что-то послабее и менее затратное.
Что касается меня, то за прошедший год я не только закончил последний курс универа и выдержал экзамены, но не забывал и о заставе. Для начала озаботился штуцерами для коменданта и десятников. За полгода с момента, как они появились в Дубравской, стреляли из них в основном на стрельбище для тренировки, по тварям только два раза в патруле. И надо сказать, дружинники новинкой остались довольны. Ещё бы, с этим оружием не шли ни в какое сравнение ни арбалеты новой конструкции, ни массивные стреломёты.
Помимо этого, я регулярно прогуливался в пятно на охоту и редко когда возвращался без добычи. Одинокий одарённый как нельзя лучше подходит на роль живца. Причём далеко не только для обратившихся, но и для простецов, которые и составляли четыре пятых из нападавших на меня тварей.
Плюсом к этому три раза меня нанимали разобраться с высокоранговыми саблезубами. С другими нарушителями спокойствия справлялись и сами, а вот кошечки переростки были весьма противными и требовали особого подхода.
Эти мои выходы самым положительным образом сказались на материальном благосостоянии нашей семьи. Чему остальным жителям пограничья оставалось только завидовать, шушукаясь у меня за спиной. Мало кто мог себе позволить охоту на живца. Опасно это.
Лично для меня риск сводился к минимуму. Тут и сильный дар, и моя специализация изографа. На построение портала с помощью карты требуется затратить несколько секунд даже для меня. При непосредственном использовании готовых цепочек и соответствующей практике всего лишь доли секунды. А это возможность для немедленного отступления. Я всё больше предпочитал использовать порталы в качестве защиты, но разок пришлось и сбежать с поля боя.
Я тогда нарвался сразу на двух саблезубов. Вообще-то, они одиночки, но тут мне не повезло. Возможно, это была временная пара, влекомая друг к другу инстинктом размножения. Скорее всего так и было, но точно мне этого не узнать. Да и не больно-то надо.
Благодаря удачной охоте за прошедший год я сумел снабдить амулетами всех своих дружинников. Вернее, они Ольгины, я ведь всего лишь витязь на службе у боярыни. Ага, вот такие выверты местного законодательства, благодаря чему я смог избежать службы государевой. Но это не принципиально. Так вот, моими стараниями каждый из моих бойцов сейчас щеголяет «Панцирем» на две сотни единиц с небольшим запасом, разрешённым законодательством.
К слову, с Ерёмой я совершил недопустимую вольность. По закону дворянину не запрещается владеть добытой лично сферой большого объёма. Но именно ему, а не передавать кому бы то ни было. И без разницы, что тот мой оруженосец. Для простецов есть ограничение в двести единиц, и точка. Если обнаружится нарушение, то амулет подлежит изъятию в казну, а на провинившегося накладывается штраф, вдвое превышающий цену изъятого амулета. Правда, я наплевал на этот запрет, мне моя жизнь дороже, а чем дольше продержится мой оруженосец, тем и у меня шансов уцелеть больше…
На копирование ушло часа два. Моя помощь нужна была для подзарядки артефакта, потому что я мог перекачивать ману вчетверо быстрее Ольги. Мы ведь не знаем, сколько у нас времени до следующей волны тварей. Так-то ориентируемся на озвученные Иевлевым три часа, но это неточно. Хорошо бы, если больше, потому как терять ингредиенты никак не хочется. Это же прямой убыток. Но ведь может быть и меньше…
— Никита Григорьевич, я и другие витязи получили приказ оказать Дубравской помощь в отражении штурма, — когда я вышел во двор, сообщила Булыгина, супруга управляющего.
— Благодарю, Екатерина Викторовна, но в этом нет необходимости. Побудьте пока в резерве. Не хочется одалживаться у князя, постараюсь управиться самостоятельно.
