Может быть, Винсент и смог бы удержаться, смолчать, оставить все, как есть, если бы Ренар не посягнул на их жизни. Но дело сделано, и следующий ход решит возникшую проблему в пользу той или иной стороны. Король совершил преступление и теперь должен поплатиться за это. Иначе, дальше будет только хуже. Подобное не остается не замеченным высшими силами, закон равновесия всегда исполняется в полную меру. Одним Богам известно, к чему все может привести.
Винсента удивило, когда король лично явился в Витмортскую библиотеку и запросил список всех книг, в которых затронута тема стихийной магии. А потом на несколько дней засел изучать полученные тома. Это было более, чем странно, ведь на юге практиковали именно ее, и знали о ней гораздо больше северных чародеев. Сама Харбона – лучшая академия Хаерлора – специализировалась на четырех стихиях и принадлежности студентов к каждой из них.
Кроме того, в Тир-Линне, в самом закрытом южном городе королевства находился тайный орден, в котором хранилось много старинных свитков и фолиантов. Чего могло не быть в них, но находиться в книгах Витморта? Лишь только изучив все, что читал Ренар Второй, Винс понял причину.
Пятая стихия – самая таинственная из легенд. Мало кто помнил, но еще меньше, кто верил в ее существование. Древняя сила, самая могущественная энергия, давшая начало магии, породившая вселенную, природу, жизнь. Она носила имя Пустота, и считалась давно утерянной, исчезнувшей много веков назад.
Ее невозможно приручить, можно с ней родиться. Но главная особенность в том, что подвластна она лишь женщинам. Зачем монарх искал информацию о силе, для него абсолютно бесполезной? Насколько Винсент знал, жениться он не собирался, как и заводить детей в ближайшее время.
Каково же было удивление, когда Ренар прислал приглашение на тайную церемонию бракосочетания с никому неизвестной молоденькой девушкой. Ее звали Элария. Это случилось буквально через пару дней после победы в войне. А через неделю предстал на праздничном балу не обессиленным, слабым человеком, а пышущим энергией магом. Его силу тогда почувствовал каждый присутствующий. Но никто и думать не мог, каким способом он приобрел такую мощь.
Винсент принял то приглашение, и присутствовал на свадьбе. Потому, едва король с юной женой появился в бальном зале, сразу понял, что к чему. Они будто поменялись местами. Вялой, слабой и бледной теперь была Элария.
Молодая королева была источником Пустоты. И Ренар воспользовался им, полностью осушив магический резерв супруги. Он наплевал на все законы и восполнил свою, едва тлеющую магию, за счет чужой жизненной энергии. Это было преступлением. Винсент не смог промолчать, добившись аудиенции в тот же день.
Сейчас он понимал, как глупо тогда поступил. Нужно было обратиться в королевский совет и добиться расследования, обличить Ренара чужими руками, не подставляя свою жизнь и семью.
Теперь же, обратного пути нет, нужно идти до конца, пока те, кого любит, не пострадали еще больше.
Аккуратно положив письмо на стол, у изголовья кровати, Винсент бросил последний взгляд на Лима и вышел, аккуратно прикрыв дверь.
– Ты не можешь сесть в это кресло! Кто тебе позволил? Проваливай из его кабинета! – Лим подбежал к отцовскому рабочему столу и, ведомый горевшей в груди ненавистью, сбросил с него всё, что смог достать.
Листы пергамента закружили в воздухе, плавно опускаясь на пол, тяжелые книги глухо стукнули о каменные плиты, чернильница и какие-то склянки со звоном разбились, разбрызгивая разноцветные жидкости. Это взбесило еще больше. Папа никогда не ставил сюда стеклянные предметы.
– Успокойся, – облаченный во все черное мужчина не подавал признаков каких-либо эмоций. Медленно откинулся на спинку кресла, одаривая Лимерия ничего не выражающим взглядом черных глаз. Как всегда, он был невозмутимо спокойным, холодным и отстраненным.
Тарон Хард – человек, которого Лим невзлюбил с самого его появления в стенах замка. А уж когда он привел в Витморт своего якобы сына Артана, и папа стал себя слишком гостеприимно себя вести – и подавно. Теперь же, отец пропал. И некромант ни с того, ни с сего занял его место в управлении академией.
– За отсутствием ректора более семи дней, кто-то должен взять полномочия на себя, – продолжал колдун, рассматривая чудом задержавшиеся на столе перья.
– И этот «кто-то» конечно же, ты! Почему не провели заседание совета академии? Где результаты голосования?
– В этом не было необходимости, – Тарон тяжело вздохнул и чуть склонил голову набок. – Я понимаю, каково тебе сейчас. Будь уверен, поиски твоего отца продолжаются. И ничего в этих стенах не происходит вопреки его прямым указаниям.
Лим уронил руки, не зная, чем продолжить разговор. Так всегда, общаясь с Хардом, он натыкался на непреодолимую стену, о которую разбивались любые проявления эмоций. Тарон словно впитывал их, оставляя собеседника досуха выжатым.
– Как такое может быть? Когда он успел выдать указания и откуда знал, что они могут быть необходимы?
