Витморт. Играя со смертью полностью

– Послушай, Лим. Твой отец очень мудрый человек. Он ничего не делает просто так, во всем есть смысл. Быть может, мы не сразу его видим и понимаем, но однажды все станет на свои места.

– Что ты хочешь сказать? Папа не просто так исчез? Это часть какого-то дурацкого плана?! – он вновь начал повышать голос, расхаживая перед длинным деревянным столом. – Я ни за что не поверю в этот бред! Он обязательно поставил бы меня в курс дела.

Скрипнул выдвигаемый ящичек, привлекая к себе внимание. Лимерий замер, хмуро глядя, как Тарон вынимает сложенный вдвое лист бумаги. В груди сразу же задрожал тревожный звоночек – так складывал пергамент папа. Не скручивал его, как все обычно делали, не скреплял восковой печатью, а просто сгибал пополам.

– Мне хотелось отсрочить этот момент… – странно, голос Харда стал тише и мягче, без привычных стальных ноток. – Две недели назад, в день исчезновения господина Каригана, я получил такое же послание. Оно возникло передо мной прямо из воздуха. В нем твой отец рассказывал, что подготовил все документы на передачу Витморта мне, и просил позаботиться о его единственном сыне… Меня не так удивило это, как испугало. Я тут же помчался сюда, но тут никого не было. Тогда я с помощью поисковых чар нашел тебя в одной из комнат. Ты спал. А на столе рядом лежало это.

Тарон протянул пергамент Лиму.

– Почему не отдал сразу? – он неотрывно смотрел на желтоватый лист, чувствуя, что тот содержит нечто плохое.

До этого момента Лимерий твердо знал – папа жив и очень скоро объявится. Беззвучно прикроет двери Зала Статуй, поднимется по широким каменным ступеням, войдет в свой кабинет. На кучу вопросов ответит, как обычно, сухо и немногословно, посоветовав пойти заняться чем-нибудь полезным вместо пустой болтовни.

Но письмо все меняло. Оно появилось в привычной последовательности впервые.

Новоиспеченный ректор поднялся, обошел сваленные на пол книги, и остановился рядом.

– Бери. Прочитай, и все поймешь.

Лим взял пергамент, развернул. Перед глазами побежали ровные, каллиграфически идеальные буквы. Это писал отец, сомнений нет.

Тихие шаги и стук закрываемой двери – Тарон покинул кабинет.

«Здравствуй, мой мальчик.

Прости, я должен все, что здесь написано, рассказать тебе лично, но, увы, ты слишком слаб после первого обращения и разбудить тебя мне кажется преступлением.

Обрадую или огорчу – это волк. Одна из самых сильных, мудрых и плохо поддающихся управлению сущностей. Уверен, ты справишься, и следующий раз пройдет более гладко. Главное, не забывай всего того, чему я тебя учил.

А теперь, о грустном. Если ты это читаешь, значит меня, скорее всего, нет в живых…»

Руки дрогнули, строчки поплыли перед глазами. Лим зажмурился, крепко сжимая зубы. Вот так просто, одной фразой выбить воздух из легких. Но «скорее всего» – еще не сто процентов. Нельзя сдаваться так быстро. Взяв себя в руки, продолжил чтение.

«О причинах нам с тобой еще рано говорить, но обещаю, когда придет время, ты получишь второе письмо, а затем и третье. Пока же, скажу лишь одно: не покидай Северные Долы. Оставайся в Витморте. Что бы ни творилось в мире, стены родового замка всегда защитят. Избегай любых контактов с королем и его приближенными – ничего хорошего от них тебя не ждет.

Я подготовил все документы и передал свои полномочия касательно академии Тарону. Как только его сын Артан закончит обучение, кресло ректора займет он. Это прописано и в завещании.