— Что? — удивленно отозвался я и завертелся, но сделал еще хуже. Так как отодвинулся в сторону и вещь, испугавшая маму, стала видна лучше. И как только я пропустил? Это был женский бюстик — из тонкого кружева цвета шампань, который зацепился за украшение на спинке моего стула. Если бы кружево было не таким тонким, а цвет не сливался с золотой отделкой, я бы, конечно, заметил безобразие и убрал. Но так вышло, что этим утром мама оказалась внимательнее меня.
— Так, сын! — прогромыхал отец. Не знаю, что его больше разозлило сама по себе деталь женского туалета на моем стуле, или то, что первой ее заметила мама. — Это последняя капля!
— В смысле последняя? — осторожно уточнил я. Отца я успел изучить хорошо и понимал, когда его терпение на пределе. Сейчас реально шутки закончились. Такой тон ясно говорит, я не обойдусь обычным выговором.
— Ты не оправдал моих ожиданий. Впрочем, это не ново. Просто сейчас, ты перешел грань и мое терпение закончилось. Вместо того чтобы нестись на всех парах и знакомиться со своей невестой, которая ждет уже три дня, ты занимаешься, духи знают чем и теперь говоришь, что вообще не явишься, наплевав на свою семью, государство и обязанности.
— Ну я-то что сделаю? — возмутился я. — Тебе зеркало к окну поднести, чтобы ты воочию убедился, пути из долины перекрыты. Мы жрать непонятно, что будем, как только запасы закончатся. Я не виноват, что оказался заперт в этой ж…мира, — ругательство я проглотил, но поджатые губы мамы говорили о том, что она все поняла и не одобряет.
Да родители всю мою жизнь не одобряли и терпели лишь потому что я старший. В остальном идеалом был послушный и не проблемный Николас. Вот он родителей никогда не позорил.
— Сейчас ты не сделаешь ничего, — отчеканил папа, соглашаясь с моими доводами. — Но, видишь ли, ты должен был сделать все вчера, а лучше два дня назад. после того, как сдал последний экзамен. Мне кажется, помолвка с наследницей престола, пусть и соседнего государства, весомая причина, чтобы бросить своих дружков и примчаться в отчий дом. Я все решил.
— Что ты решил, папа? — уточняю, сжав зубы.
— Я от тебя отрекусь.
— Что? — Это мы с мамой выдыхаем одновременно. Отражение своего ужаса я вижу в ее глазах. Нет. Конечно, я ждал, что по головке меня не погладят. Но чтобы настолько!
— Ты что задумал дорогой? — всхлипывает мама, и хоть мы все знаем, что слезы наиграны. На папу действуют и он тушуется.
— А у меня нет выхода! — оправдывается родитель. — Принцесса хорошо общается Николасом, который вынужден ее развлекать, пока старший брат развлекает себя. Мне кажется, они друг другу понравились. И Николас лучше подходит на роль правителя. По сути, у него всего один недостаток! Он родился вторым!
— Но я…
— Что ты? Твоя заслуга лишь в том, что ты родился на одиннадцать месяцев раньше. Ну так мы исправим. У меня теперь нет старшего сына. Все наследует младший. И принцессу, и престол, и состояние, чтобы вопросов ни у кого не возникло!
— А я?… — Нет, я понимал, что сейчас выглядел жалко и мой вопрос больше похож на блеяние.
— А ты должен был думать раньше! Это последняя твоя выходка в роли моего сына. Я очень надеюсь, что получится замять ситуацию и подменить одного принца другим без претензий соседней стороны. Если все выйдет… — папа сделал паузу. — Я тебя, обалдуя, не оставлю без содержания. Но ты лишишься всех привилегий старшего сына. Понятно?
Нет, мне ничего понятно не было, но сейчас важно другое.
— А если нет? — сглотнул я, впервые чувствуя, как сердце рухнуло в пятки.
— Вот сиди в своем сугробе и молись, чтобы ты никогда не узнал об этом.
— Тебе не кажется, Винсент, что ты слишком строг к мальчику? — Мама пытается как-то спасти ситуацию, вижу ее тонкую руку у отца на плече. Только это бесполезно. Он уже принял решение, и изменить его никто не сможет.
— При чем тут мальчик, Мадлен? Мальчик сделал свой выбор, наплевав на нашу репутацию, честь семьи политическую ситуацию. И мы или замнем это, сделав вид, что старшего сына у нас нет. Зато есть Николас, который и будет спасением для двух государств. Или говорим правду и становимся эпицентром международного скандала с неясными последствиями. Как ты думаешь, что в нашей ситуации правильно?
Эти двое все еще спорили, но уже между собой, а я отключился, все еще пребывая в состоянии шока. Я как-то немного иначе представлял себе наш разговор.
Выскочил из-за стола, скинул рубашку и натянул другую. Черную, не мнущуюся, а потом вышел в коридор. Мне срочно нужно было поговорить с Вейном. Я не видел его в гостиной. Значит, он еще дрыхнет и не в курсе, что конец света уже наступил.
Я сначала барабанил в дверь. Апартаменты Вейна находились в другом крыле, но тоже на четвертом этаже, а не получив ответа, толкнул дверь.
В помещении тихо и пусто.
— Вейн! — крикнул я и прошел в комнату, не разуваясь. В отличие от моих комнат, у Вейна всегда был порядок. В гостиной никого не оказалось и я с воплем. — Хватит дрыхнуть, — прошел в спальню.
