Виват, Романовы! Часть II полностью

Николай. Это хорошо. Я как раз уже закончил обход и всех построил. (С волнением подходит к нему.) Расскажи про войну! Как там?

Александр (озадаченно). Ну, война – она такая… опасная.

Николай (радостно). Много французов убил?

Александр (недовольно). И почему меня все об этом спрашивают?.. У меня… другие дела были. Давай о другом. У тебя в комнате такой порядок, всё так аккуратно разложено… ты такой молодец!

Александр. Хочешь зайти ко мне в кабинет? Я тебе всё покажу…

Николай. Конечно, хочу!

Александр. Да, поможешь мне с государственными делами… там тоже есть что разложить.

Николай. А в следующий раз, когда поедешь на войну, возьмёшь меня с собой?

Александр. Нет.

Николай. Потому что я маленький ещё?

Александр. Потому что я сам больше туда не поеду.

Александр. Так что Михаилом, конечно, ещё надо заниматься, а вот Николай молодец… (с восхищением) такой порядок у меня навёл! Всё разложил.

Павел. Гляди, Николаша, что ли, за тебя убираться будет? Он ещё совсем маленький… (вздыхая) Или я его таким запомнил?

Александр. Насчёт детей, отец… Я тут хотел с вами посоветоваться. Насчёт Елизаветы Алексеевны.

Павел (задумчиво). Ты уверен, что ребёнок не от тебя?

Александр. Не уверен… в том и дело. То есть почти уверен, что не от меня. С одного-то единственного раза? (Подумав.) Хотя, по факту, у нас за один раз получилось сразу несколько раз…

Павел. Раз не уверен, не торопись с разводом. Я вот тоже, помню, с матерью твоей развестись… но Расторгуев меня отговорил. Сказал, что позора больше, чем пользы.

Александр. Кто отговорил?

Павел (задумавшись). Растопчин… да! Точно! Давно не видел их всех уж и позабыл.

Александр. А насчёт матушки… опять вы, отец, на неё навет возводите! Если бы Елизавета Алексеевна могла быть такой, как матушка… но ей далеко…

Павел (сухо). Марьфёдорна далека от совершенства, поверь мне. Это нынче она такая благообразная… а ранее… Была на такое способна коварство!

Александр (с любопытством). Неужели? Не может быть! Матушка была коварная женщина?

Павел. Ещё какая! Я ведь тебе не рассказывал, как мы познакомились.

Александр. Рассказывали. Вас бабушка отправила в Германию свататься, вы там выбрали матушку, очень понравились друг другу, приехали в Россию, поженились, потом родился я, меня забрали, потом Константин, его тоже забрали, потом…

Павел (перебивая). Это всё потом. А с чего всё начиналось! (Мрачно). Вообще во всем виноват Фридрих. Я, Саша, действительно по указанию матушки поехал в Берлин свататься. Но жениться не собирался.

Александр. Как так?

Павел. А вот так… (Устраивается удобнее на подоконнике.) пора тебе уже узнать эту историю…

Фридрих. Итак, твоя матушка хочет, чтобы ты женился.

Павел (сухо). Да, я женюсь исключительно потому, что этого хочет моя матушка. У меня самого нет к этому ни малейшего желания. О чём считаю своим долгом сразу сообщить.

Фридрих (задумчиво смотрит на него). Хм. Женщины не интересуют?

Павел. Что вы имеете в виду?

Фридрих (подмигивая). Девушками не увлекаешься?

Павел. Я не понимаю…

Фридрих. Предпочитаешь мальчиков?

Павел (смутившись). Ну-у… вообще-то я предпочитаю собак людям… то есть… (запинается) не в том смысле… а в другом… а в этом… а тут у меня вполне традиционные, я бы сказал, консервативные… устаревшие взгляды.

Фридрих (подмигивая). Точно?

Павел (испуганно отступая к стене). Да… Только женщины интересуют… то есть не интересуют специально… но если надо заинтересоваться, я могу… у меня всё нормально!

Фридрих (задумчиво). Просто ты приехал вдвоём с другом и сказал, что не хочешь жениться. Вот я и подумал…

Павел (вытирая холодный пот). А, так это Куракин… нет-нет, мы просто друзья!

Фридрих. И твоя покойная жена имела много любовников… и учитывая нравы твоих родителей… Ты не подумай, что я бы осудил! Я сам терпеть не могу женщин – фу, гадость!

Павел (решительно). Нет-нет! Я люблю женщин! (с опаской) вы не подумайте, я не осуждаю тех, кто не любит… я понимаю… Но тут ничего не могу с собой поделать… всё же они мне нравятся.