Виват, Романовы! Часть IV полностью

Кузьмич. Ох, чудны дела тут творятся… Страх Божий! Или я сошёл с ума, или… ну нет уж! Нешто тут ещё происки сатаны? Не буду я тут сидеть. Ещё меня куда утащут. Лучше на улице помёрзну…

Выходит из церкви. Садится на паперть.

Перекрутка.

Внутри церкви. Александр садится в гробу.

Александр (корчитрожицу). Ну и перегаром же от него несёт… просто фу!

========== СЕЗОН 4 Сцена 58 ==========

Сцена 58

Таганрог. Двадцатью четырьмя часами ранее.

Дом градоначальника. Сад. Скамейка.

Декабристы и Александр смотрят вслед убегающей Елизавете Алексеевне. Вздыхают.

Александр. Господа, давайте всё же пройдём в дом. (Смотрит на голубя.) А то здесь много посторонних глаз.

Перекрутка.

Дом градоначальника. Круглая комната.

Окна занавешены чёрной тканью. Стоит стол. Горят свечи. Александр сидит за столом. Напротив Александра сидит мужчина в чёрном. У двери стоят ещё два мужчины в чёрном.

Александр (спокойно). Ещё раз здравствуйте, господа. Вы шли за мной от Петербурга. И я полагаю, что у вас есть веская причина проделать столь длинный путь.

Мужчина в чёрном. Вы правы, Ваше Величество. Говоря откровенно, мы идём вслед за вами довольно давно. Мы ждали подходящего момента. И места.

Александр. Да, здесь неплохая погода в это время года. Лучше, чем в Петербурге.

Мужчина в чёрном. Да, и в Петербурге подобраться к вам несколько сложнее. Много свидетелей, и потом, там ваша семья… ваша чудесная жена… Не хотелось бы совершать сие у неё на глазах.

Александр (немного помолчав). Вы сказали, что вы декабристы. Сейчас декабрь. Вы представляете какое-то тайное сезонное движение?

Человек в чёрном. Александр Павлович! Мы представляем антиправительственную организацию «Союз Спасения». И мы пришли, чтобы свергнуть вас!

Александр (удивлённо). Так вы… Вы заговорщики? И это переворот? (Улыбается.) Ну что ж вы сразу не сказали, что это переворот! Я вас так ждал, господа!

Люди в чёрном переглядываются.

Александр. Я могу попросить вас представиться? Мне бы хотелось знать в лицо тех, кто хочет моего свержения.

Первый человек в чёрном. Михаил Павлович Бестужев-Рюмин.

Второй человек в чёрном. Павел Иванович Пестель.

Третий человек в чёрном. Сергей Иванович Муравьёв-Апостол.

Александр (обрадованно). О, а вас я знаю! Муравей-Апокалипсис! Вы были на моих генеральных собраниях в Министерстве!

Муравьёв-Апостол (холодно). Жаль, что вы только и обратили внимание, что на мою фамилию.

Бестужев-Рюмин. А вот происходящее в России прошло мимо вас.

Александр. Господа, вы выглядите молодыми людьми. Позвольте поинтересоваться, сколько вам лет?

Декабристы переглядываются.

Бестужев-Рюмин. Двадцать четыре.

Муравьёв-Апостол. Двадцать восемь.

Пестель. Тридцать два.

Александр. А мне сорок семь. Хотя на самом деле уже все сорок восемь. Мимо меня, естественно, прошло более, чем мимо вас.

Пестель. Опять кривляетесь, Александр Павлович? В вашем положении это довольно неумно.

Александр. В моём положении разве это имеет значение? Раз уж вы пришли меня свергать.

Муравьёв-Апостол. Вы не удивлены.

Александр. Нет, не удивлён.

Бестужев-Рюмин. В таком случае, позвольте прояснить. Мы не заговорщики. Заговорщики – трусливые, подлые негодяи, совершающие преступления исподтишка. Бьющие врага из-за угла. Вам должна быть понятна разница. Вы с этими людьми были коротко знакомы. В юности.

Александр (грустно). Да, прошу прощения, если я вас обидел этим словом. «Декабристы» звучит красивей. Впрочем, цель одна: вы хотите моей смерти?

Пестель. Мы пришли, чтобы судить вас. Вот наши обвинения. Сергей Иванович, зачитай их государю вслух!

Муравьёв-Апостол достаёт из кармана свиток. Тот раскатывается до пола. Начинает читать. Александр слушает.

Муравьёв-Апостол. …и главное: вступая на престол, вы обещали дать народу Конституцию. Народ ждал двадцать пять лет. Где Конституция?

Александр. По дороге в Петербург, я надеюсь.

Пестель. Вы снова ёрничаете? Вам не стыдно? Вы обманули ожидания людей!

Александр. Возможно. И я об этом искренне сожалею. Я люблю людей.

Муравьёв-Апостол. Так вы признаёте себя виновным?

Александр. Нет.

Декабристы удивлённо переглядываются.

Пестель. Весьма внезапный ответ. Вы сказали, что сожалеете… и при этом не признаёте вины?

Александр. Перед кем?

Пестель. Перед народом.

Александр. А где здесь народ, перед которым я должен признавать её?

Бестужев-Рюмин. Мы представляем народ!

Александр. Вы? Хм. Вы трое? Вы пришли меня судить? Вы судьи? Вас на это уполномочили?