Виват, Романовы! полностью

Елизавета Алексеевна (озадаченно). Когда он успел употребить алкоголь?

Константин (разбивая бутылку об стену и направляясь к Палену). Ну всё, тебе кирдык…

Пален (в панике визжа), Саблуков, помогите! Спасите! Он сумасшедший!

Саблуков. Увы, но единственный, кто мог сдерживать безумные порывы жестокости князя Константина был покойный государь… прощайте, Пален! Пусть земля вам… (смотрит вниз) И мне будет пухом!

Пален. Мы погибли…

Елизавета Алексеевна. Не мы, а вы, граф. Константин Павлович приучен не нападать на членов своей семьи. Соболезную…

Константин (отбрасывая револьвер). А к черту! Я тебя голыми руками разорву…

Пален. Я сам… я сам! (прыгает вниз)

Адам Чарторыжский (голос снизу). Ай!!! Чтоб вас…

Первый прохожий (глядя на замок). Эх, хорошо, что император помер и не увидел этого. Он бы расстроился… столько сил в постройку вложил! Эх! И года не простояла, а денег вгрохали!

Второй прохожий. Да… а верно: и получаса со смерти государя не прошло, а они тут всё развалили уже… ох уж эта аристократия, етить её налево!

Первый прохожий. И правильно государь им леща давал! Безбожники… а от чего он помер-то, кстати?

Второй прохожий. От старости, говорят, помер.

Первый прохожий. Глупости. От какой такой старости? Нету такой болезни. Я думаю, помер он от забот и переживаний… как все государи. И хто ж теперь будет у нас государем?

Второй прохожий. Да никто!

Первый прохожий. Как это никто? Так не бывает. Завсегда кто-то должон быть. Как же без государя?

Второй прохожий. А вот так! Из ихних никто не хочет быть! Старший наследник, говорят, в Америки уехать собирается. А второй вроде как умопомешательством страдает… и тоже отказывается.

Первый прохожий. Ну, значит, будет у нас государыня императрица-вдова.

Второй прохожий. Эх, опять немка на престоле? Тьфу… Может, они из Европ кого пригласят?

Первый прохожий. Эх-эх, тяжела судьба русского народа… Хто ж о ём подумает? Делают что хотят… Вечно у нас то немцы, то бабы, то помешанные! Горе народу русскому, ох, горе!

Елизавета Алексеевна (подходя к сидящему в прострации Александру). Саша, я сейчас услышала удивительный разговор двух простых русских мужиков!

Александр (печально вздыхая). Из всего этого я могу сделать лишь один неутешительный вывод.

Елизавета Алексеевна. Какой же?

Александр. Вы, иностранка, знаете русский язык лучше меня. Я с трудом понимаю их это… мужицкое изречение…

Елизавета Алексеевна. Саша, я понимаю что вам плохо, но необходимо что-то делать. Вы посмотрите, во что превратили замок!

Александр. Да-да… (смотрит на замок) Знали бы вы, во что они превратили моё сердце! О чём я думаю? Этот замок напоминает мне об отце… столько мечтаний, планов, детских грёз – и всё разрушено в один миг! Все иллюзии… он, как его замок… был воздвигнут и смятён…

Александр (задумчиво). Вот вы говорите: народ! Простой русский мужик – вот это и есть Россия! Россия… что такое Россия? И чего она хочет? Неужели моей крови?

Саблуков. Ваше… (смотрит на Александра) В общем, Александр Павлович, плохи наши дела! Константин Павлович уже почти всех в замке перестрелял… когда стрелять будет не в кого, он пойдёт дальше в город…