— Видите ли, Госпожа, у меня, как и у любого другого раба, есть выбор. Я могу остаться в Аду навеки и страдать. Но я также могу доставить Сатане много людских жизней, и за это он сделает меня свободным.
Виктория продолжала засыпать раба вопросами, на которые он покорно отвечал.
— Почему же ты раньше этого не сделал, раб?
— Нужно было все обдумать. Во-первых, пути назад у меня не будет, и меня могут уничтожить приспешники церкви. Но главное, нужно иметь немало мужества, чтобы отважиться принять сан, что дарует мне Сатана.
— Какой сан?
— Антихрист.
— И сколько рабов уже освободились таким образом?
— Ни один. Господь всегда побеждал.
— Тогда на что же ты надеешься, раб?
— На себя. В жизни я одержал немало славных побед и проиграл лишь Сатане. Я хочу принять еще один бой, который решит не только мою судьбу, но и судьбу всего человечества.
Виктория переспросила:
— Всего человечества?
— Да, Госпожа. Скоро настанет Судный день, когда Бог призовет из могил усопших, и будет судить всех людей за деяния их. Сатане отпущено время вершить зло лишь до Судного дня, когда он вместе с другими грешниками попадет в Ад. Но если посланник Сатаны победит Сына Божия, то Сатана избежит участи гореть в адском пламени. Никто из моих предшественников не боролся с Иисусом, а я должен буду это сделать.
— Но если Сатана попадет в ад, то, может, мы освободимся?
— Напротив, Госпожа, Сатана потянет всех нас за собой.
— Что ты знаешь о Боге? Кто или что это?
— Бог есть. Больше я ничего не знаю. Он всегда был, есть и будет. И люди чувствуют это. На каких бы планетах они ни жили и чем бы ни занимались, все равно верят в бога или богов. Придумывают своему богу имена, внешность, историю. Религий, созданных людьми, много, но это ровным счетом ничего не меняет. Да, и вот еще что. Наиболее близко к истинному Богу христианство, так как Иисус проповедовал именно эту религию. На моей планете христианство было единственной религией. Там люди тоже почитали Иисуса и Библию. Это все, Госпожа.
— Могу ли я тоже освободиться, если пойду с тобой?
— Вы — нет. Но если я одержу победу, то в моей власти будет забрать вас отсюда.
— Прошу тебя, возьми меня с собой. Я согласна!
— Безумная! Вы не представляете себе, как рискуете.
Виктория упрямо заявила:
— Я пойду с тобой. Но как Сатана узнает о нашем решении?
— Он все знает, Госпожа. Мне достаточно лишь подумать об этом, и мы окажемся на месте.
Виктория и Стил стояли около приветливо распахнутых ворот огромного города, белокаменные здания которого поражали воображение своею красотой и изяществом форм. Возведенные давным-давно, невысокие двухэтажные дома за многие века не только не утратили снежно-белого цвета, но и отличались какою-то особой свежестью и выглядели, как новые.
Осмотревшись, Антихрист воскликнул:
— Не может быть! Это же моя планета!
Виктория с восхищением взглянула на стальные ворота древнего города. Они были почти до предела раскалены солнцем, ласково светившим на ясном небе. Было тепло и уютно. А напротив ворот города, насколько хватало глаз, землю устилала, подобно мягчайшему ковру, невысокая зеленая травка.
Это была живая планета, а не призрачные просторы Ада. Стил стоял, высоко подняв голову и расправив плечи. Он с умилением смотрел на родной город, улыбался любимому солнышку и полной грудью дышал таким знакомым воздухом — чистым, свежим, пьянящим. Но от Антихриста веяло твердой решимостью победить и силой, злой силой. Сейчас он выглядел отнюдь не рабом, но повелителем, каким всегда и являлся. Не смотря на то, что в душе его всколыхнулись приятные воспоминания, он готов был на все. Любая жертва, которая понадобится Сатане, будет принесена. Сто лет мучений в Аду с лихвой хватило для того, чтобы сделать вполне однозначный вывод — собственное благополучие стоит любых злодеяний. Этой планете людей было неведомо, что скоро вся она умоется кровью, ибо на нее снизошел Антихрист, готовый к расправе.
Одеты спутники были так, как одевались жители этой планеты. Антихрист кутался в черный плащ с капюшоном, под которым находился такого же цвета костюм из легкой темной ткани. На Виктории же было голубое облегающее платье до пят, пикантно подчеркивающее безупречную фигуру девушки. Золотистые локоны беспорядочно рассыпались по плечам и спине, и казалось, будто лучи солнца осторожно и нежно падают на светлую атласную кожу, опасаясь повредить ее. Она тоже была готова на все, но причину этого тщательно скрывала. Разумеется, ей было страшно отправляться в подобное путешествие, но есть вещи, ради которых можно поступиться чем угодно.
Она спросила:
— И что теперь?
Резко обернувшись, Стил с недоумением и раздражением посмотрел на девушку, как будто бы забыл, что она здесь, и приказал:
— А теперь заткни свою пасть, сука, и впредь не смей открывать ее без моего позволения, поняла?!
