Я монотонно закивала.
– Если в семье кому-то плохо, всем плохо, а здесь страдают двое, бабуля и дедуля.
Мужчина кивнул и ловко развернувшись остановился возле высокого шкафа с полками, где абсолютно все было заставлено пузырьками.
Все стояло в разнобой, что можно было голову сломать, но лекарь не сломал, он выудил миниатюрный пузырек с черной этикеткой.
– Эти капли очень сильные. В них содержится трава виагриума.
На этикетке мелкими буквами, отчетливо читалось название «Страстная горячка».
– Три капли в любой напиток или воду. Через полчаса наступит эффект.
– Вы так мне помогли, – я трепетно вздохнула, расплачиваясь за покупку, пока лекарь шустро поковал мне средство для тетки в бумажный пакет.
Полная энтузиазма и желания, я выскочила из лавки и пройдя по тенистой аллее, столкнулась нос к носу с человеком, от которого вскачь забилось мое сердце.
– Господин Тотал? Какая неожиданная встреча!
Я сдержанно улыбнулась, моментально покраснев. Вглядываясь в красивый лик парня, я вдруг уловила своим не стопроцентным зрением, что Винсент подобрался и настороженно на меня взглянул.
Оправив жилет, он замер, а я только сейчас увидела, что он держал в руках букет белых фрезий.
– Вивьен Стейдж, слышал вы были в отъезде?
Винсент сделал шаг назад или мне это показалось?
Я так разволновалась, что забыла аквийский язык и некоторое время молчала, не в силах справиться с переживаниями.
– Да, провела восхитительное время в землях Ванн за физическим трудом.
Парень как-то странно на меня покосился, пытаясь найти во мне задатки разума. Я вдруг подумала, ни с того, ни с сего, что выгляжу несолидно. Платье, цвета кукурузы, кучерявая копна волос и непослушная вьющаяся челка, явно не могли привлечь внимание, но тут меня осенило.
Ведь Эдерика Нейл писала, что внешность не важна. Главное смелость, внутренняя страсть и пыл, готовый сломать любые преграды на пути к цели.
Расправив грудь, я сделала к молодому человеку шаг вперед.
– Как вы? Не желаете ли прогуляться? – решила я взять каюна за рога. – Можно насладиться хорошей погодой вместе.
Винсент немного покраснел. То ли от волнения, вызванного моим предложением, то ли от вспышки ярости. Мне не хотелось думать о последнем.
Молодой человек был до смазливости прекрасен. Им можно было любоваться как божеством. Ровные красивые скулы, щеки с ямочками, прямой аккуратный нос, не смотрящийся центром вселенной и манящие губы.
Если я была бы героиней Эдерики Нейл, то давно бы дала понять Винсенту кто здесь главный, но прошитые в венах манеры Аквии, не давали мне этого сделать и тем более, я считала, что задатки адекватности у меня все-таки есть.
– Прошу меня простить, Вивьен, но я не могу принять ваше предложение. Тороплюсь.
– Торопитесь значит, – мой сомкнутых губ, коснулось подобие улыбки, – жаль, может быть тогда, в другой раз?
В глазах молодого человека пробежала тень. Поза стала враждебной и я заметила, как он крепко сжал букет. Возможно, представил как хлещет меня им по лицу, чтобы я угомонилась.
– Вивьен, я хочу чтобы вы поняли, – очень медленно начал Тотал, отделяя слова друг от друга, словно разжевывая их, – между нами ничего быть не может. Я нахожусь сейчас в периоде тесного знакомства с одной дамой. Нашему зсближению благоговеют наши семьи, посему, возможно, в скором времени мы пройдем церемонию обмена брачными чашами.
Мое лицо, наверно, исказилось. Я крепко вцепилась в сверток с настойкой, почувствовав, как предательски громко заурчал живот.
Ох уж этот грушевый сидр!
Образ Винсента немного расплылся. При этом, я умудрилась не свалиться без чувств, от известия, ударившего меня в солнечное сплетение со всей силой.
Увидев, как важно задрал подбородок молодой человек, я поморщилась.
– Рада за вас и удачи вам, господин Тотал.
Не став дожидаться ответа и долго и нудно прощаться, я рванула к экипажу, ожидавшего меня на улице за углом. Живот и правда, разболелся от переживаний.
Я со всего маху хлопнула дверцей дилижанса и потрясенно уставилась впереди себя, на пустую стену.
Меня только что послали, дав понять очень многое.
Винсент Тотал вторично разбил мое сердце и послал с моей любовью куда подальше.
Злые слезы обожгли глаза. Я смахнула их пальцами, вдруг уловив, что под ногтями застряла земля. Я всегда пользовалась перчатками при работе на участках, но видно, грязь как-то умудрилась все же прорвать оборону. Это мне совершенно не понравилось.
Неужели, сначала влюбляются во внешний образ?
Наверно да, раз я пускала слюни по модельной красоте Винсента, несшего белые цветы какой-то там высокопарной девице, наполненной женственностью, как какой-то сосуд.
Живот продолжало крутить. Я мысленно подгоняла возницу ехать быстрее.
В особняк Стейдж я влетела как ужаленная и укрылась в своих покоях, благо, никого не встретив.
Настроение было ужасным. Казалось, весь мир виноват в том, что Винсент отказал мне в чувствах. Хотелось успокоить себя, что он еще будет кусать локти от сожалений, но это была бредовая мысль, которой я сама не верила.