– Моя девочка, как ты? – пропел Алистер. Отец, на удивление, был в хорошем настроении и сноровисто пилил кусок стейка, – у тебя точно такая же непереносимость, как и у твоей матушки. Она страдала тем же недугом что и ты. Еще у нее звенело в ушах и левый глаз заходился тиком.
– Боги решили не снабжать меня полным набором от родительницы, видимо пожалев.
Я уселась на стул, напротив Редвила, сделав вид, что очень заинтересована своей пустой тарелкой и рисунком на ней.
– Господин Гордон, Вивьен, – начал Адам, а я тут же напряглась как пружина, прекрасно понимая, что разговор будет затрагивать меня, – я прошу прощение, что не отследил момент, что раздатчик напитков ошибся и дал вайни, заместо взвара.
– Все в порядке, господин Редвил, – взяла я слово, подняв на молодого мужчину прямолинейный взгляд, деланно равнодушный и спокойный, – это моя вина. Я не сразу обратила внимание на вкус. Наоборот, вам спасибо что вовремя доставили меня домой.
– Ах, Адам, – влезла Андромеда и я колко взглянула на нее. Тетки становилось очень много, как пробка в каждой затычке, – вы наш спаситель. Вы оказываете представительницам Стейдж столько заботы, что не знаешь как вас отблагодарить.
– Поверьте, это для меня честь, госпожа Верион Стейдж.
– О, прошу вас Адам, зовите меня просто Андромедой. Я обожаю, когда меня называют по имени, такие отзывчивые и благородные господа как вы.
Я вздохнула, потянувшись к маринованным грибам, чтобы наколоть себе несколько шляпок. Трапезничать я не особо желала, потому что хотелось провалиться на месте из-за себя и тетки.
Гордон Стейдж громко стукнул вилкой об тарелку, тихо раздражаясь от своей дочери.
– Надеюсь, вам уже лучше Вивьен, – добавил Адам, осторожно вглядываясь в меня и ища во мне задатки разума.
– Определенно да. Я ощущаю себя куда стабильнее чем накануне.
Дед поморщился, изображая спокойствие всеми возможными способами.
– Завтра утром мы с Амброй поедем в молельный дом, – влезла Агнесс, и моя двоюродная сестра кивнула. Весь ее внешний вид выражал трепет и смирение, которое мы не разделяли с Андромедой, потому что последняя поморщилась, будто увидела скользкое существо на скатерти стола.
– Да, быстрей бы, – поддакнула Амбра, такая же бледнокожая, как и Агнесс.
– Я хотела бы забрать Амбру на пару дней, пожить в кельях. Уверена, девочке пойдет это на пользу.
У Андромеды дернулся глаз, но она промолчала. Видно, в моменте проанализировала, что ребенок ей будет мешать завоевывать Адама.
– Не более пары дней, Агнесс. Больше я не позволю.
– Где Вениамин? – поинтересовалась я, размазывая в тарелке водоросли с кунжутом.
– Его отец взял мальчика в Терру на седмицу. Навещают друга.
Я промолчала, уверенная, что почти каждый сидящий за столом понял, что Антониус отбыл к своей пассии.
– Господин Редвил, – начала Андромеда, снова переведя все внимание на молодого мужчину, у которого чудом еще не дергался глаз, от постоянно произносимого его имени, – не желаете ли составить мне компанию завтра? В Аквалоне много интересных мест, которые вы еще не посещали.
Гордон Стейдж кашлянул, бросив взгляд, полный красноречия на свою дочь.
– Мы с вашим отцом заняты, – Адам покосился на меня, будто я была той, кто раздавал позволения на гулянья с моей озабоченной теткой, – если только, к вечеру.
– Прекрасно! – ухватилась за согласие женщина, – я расскажу вам об Аквлалоне все, и мы можем устроить трапезу в королевской ресторации.
– К сожалению, у меня не так много времени госпожа Андромеда, – выдавил из себя Адам, пока я медленно пила воду.
– Нам хватит, поверьте, – вздохнула женщина, – мы побеседуем с вами о некоторых вещах, столичных, которые не дают мне покоя.
Адам проглотил предложения, промолчав.
– Андромеда, ты обещала помочь с внешним видом Вивьен, – начал дед и все сидящие за столом уставились на меня, пытаясь что-то там разглядеть. Я сразу же почувствовала себя курицей с ободранными перьями на одном месте.
– Что с ней не так? – поинтересовалась Агнесс.
– Действительно, – поддакнул мой отец, напряженно закидывая себе в рот кусок мяса, – по мне, моя дочь не нуждается в совершенствах. Она неотразима в своей индивидуальности.
Я закусила язык. До боли. Алистер меня доканывал своими суждениями.
– Соглашусь с отцом, – кивнула я, – я себя устраиваю.
– Это все понятно, – добавил дед, – но скоро бал и ты туда пойдешь, Вивьен.
– Отец прав, – Андромеда пристально посмотрела на меня, слегка прищурившись. – Ты должна быть привлекательной. Вот, например, Адам, вы считаете Вивьен привлекательной в этом скромном голубом ситце?
Я прищурилась, не зная, кого ненавидеть больше, деда, начавшего этот разговор, тетку или Адама с его суждением.
– Вивьен миловидная особа, – наконец, выдавил из себя мужчина, – в ней читается родословная Стейдж.
Я сделала жадный глоток воды, как и все остальные собравшиеся, находя в последнем суждении скрытый смысл.
Если в нас и читалась родословная семьи, да только в скоплении странностей по десять штук на один квадратный метр.