Монзырев прошел вдоль занятой Святославовыми воинами местности, пытаясь в темноте распознать расположение дружины. Место, выбранное для стоянки людей, имело как плюсы, так и минусы. Небольшая долинка, окруженная со всех сторон, кроме речной, пологими возвышенностями, в центре высился холм с чуром посредине. Места в долинке хватило бы для размещения небольшой деревеньки, изб эдак на двадцать – двадцать пять, естественно с хозяйственными постройками и огородами соток по десять. С трех направлений к холму вели натоптанные дороги, можно был сделать вывод, что жители деревень как левого, так и правого берега не забывали навещать славянского бога, молниерукого Перуна. Выйдя к тлеющим кострам, пригляделся, чуть вздрогнул, когда из кустов бесшумно выскользнул Мишка. Оскал белозубой улыбки воспитанника заметил даже в темноте.
– Мы готовы, батька! – бодро зашептал он.
Толик вдруг поймал себя на мысли, что он переживает за парня, за тех, кто укрылся в этом кустанике и ожидает прихода печенегов. После гибели Андрея он стал бояться за своих людей, раньше он этого за собой не замечал. Война есть война, бывает, люди гибнут, и это обычное дело, хочешь жить спокойно – будь кем угодно, только не выбирай профессию военного. Болгария изменила в нем многое.
«Наверное, старею, становлюсь мягкотелым», – подумал он.
– Сколько с тобой бойцов?
– Пятнадцать. С другой стороны лагеря соседствую с Олесем.
– Хорошо. На меня не отвлекайтесь, делом занимайтесь.
– Есть!
Прошел через костры, приблизившись к вывороченным валунам, заметил легкое движение приподнявшегося на руках от камней Олеся, отмахнулся:
– Не отвлекаться.
Проследовав дальше, напоролся на горбылевский временный блокпост, которого еще вечером здесь не было. Сорок бойцов посносили с округи все мало-мальски подъемные валуны, сложили стену с бойницами на определенном для этой цели Горбылем месте, как самом опасном направлении. К тому же, если прижмет бойцов разведки или княжьей дружины, всегда можно укрыться за полуростовой стеной, места правда в сложенном доте немного, но, как говорится, в тесноте да не в обиде.
Вот и ряды самой дружины, щиты уперты в землю, за ними, как за сплошным забором, сидя укрылись вои, они тоже отдыхают, не им принимать первый удар, с князем и его ближниками все оговорено. Первый удар возьмут на себя кривичи. Монзырев прошел полосу ответственности подразделения Ратмира.
«Все-таки хорошего парня заполучил в свою семью», – подумал о сыне боярина Ставра.
Пройдет совсем немного времени и настанет момент истины, некогда будет думать о постороннем. У любого воина в такие минуты мысли только об одном: «Победить и выжить». Это уже потом могут шалить нервы, произойти истерика, но только потом, после боя.
Ожидание затянулось, время неумолимо двигалось к рассвету. Вдруг Монзырев приметил, что у самого начала долины вспыхнул костер, кто-то бросил в него охапку хвороста, и языки пламени взметнулись выше, поедая принесенную пищу, осветили человека, поднявшего вверх правую руку и в свете костра жестом передающего информацию.
«Началось!»
Количество нападавших в темноте даже приблизительно было невозможно подсчитать. К кострам крадучись вышла темная масса пеших печенегов, негромкий недовольный гортанный говор выдал неуверенность, растерянность и недовольство. Они как по проходу обходили костры, демаскируя себя. Из кустарника с одной стороны, из развалов камней с другой в темноте ночи раздались щелчки.
– А-а-а! Курмеге ха-а! А-а-а! – стоны и вопли раненых, появление убитых разорвало ночь звуковой неразберихой.
Уже вошедшие в долину печенеги, не имевшие в большинстве своем кольчуг и защиты даже из твердой кожи, не попытались прижаться к земле. Они шли убивать спящих, а попали под раздачу ночных невидимок.
Быстрая перезарядка арбалетов, и болты вновь летят, впиваясь в тела степных бандитов. Печенеги стадом ломанулись по своему же проходу в обратном направлении. Бежали спотыкаясь, падая, умирали. Их убивали, калечили. В ход пошли дротики, пики, метательные звезды и, в конце концов, легкие мечи наворопников, выскочивших из укрытий, на бегу полосуя отстающих неудачников. Крики и стоны вырвавшихся из ада печенегов, топочущих, словно стадо антилоп, оповестили об окончании первого боя.
– Всем назад! Разобраться по подразделениям! Перезарядиться, – послышались команды Олеся. – Пройти по оставленному лагерю, добить раненых ворогов. Быстро! Быстро! Все по местам!
