Стоя рядом с Кудряшовым, слушая его слова, вглядываясь в знакомые лица летчиков, механиков, оружейниц, встречая их ответные испытующие взгляды, я думал, что знаю именно летчиков, механиков и оружейниц, но почти совсем не знаю людей, являющихся этими летчиками, механиками и оружейницами. Как штурман дивизии я, конечно, не обязан был изучать черты их характеров, их биографии, их склонности и антипатии, их взаимоотношения в неслужебное время, но если бы я это делал, сколько бы времени и сил сберег теперь!
Еще думалось, что, исполняя должность штурмана дивизии, я был долгое время освобожден от обязанности повседневно воспитывать подчиненных. Нынче этот "отдых" предстояло прервать.
Мое обращение к личному составу было кратким. Я сказал, что рад оказанному доверию и назначению, предупредил, что раньше полком не командовал и попросил весь личный состав помочь в освоении новых, для меня обязанностей. Помочь прежде всего строгим соблюдением воинской дисциплины, организованностью и четким выполнением служебных обязанностей.
Сказал я также, что хорошо знаю боевой путь полка, убежден, что полк будет верен своим славным боевым традициям, станет бить врага еще сильней и беспощадней, что сам я не пожалею сил, а если понадобится - и жизни в борьбе с фашизмом.
Приказав личному составу приступить к работе по распорядку дня, подал команду "Разойдись!", проводил полковника Кудряшова и тут вдруг разволновался, словно впервые осознал, что именно на меня легла теперь вся ответственность за людей 611-го ИАП, за выполнение полком боевых задач.
Заместителя по политчасти майора А. Л. Фейгина и начальника штаба майора 3. Я. Морозова я первым делом попросил познакомить меня с офицерским, старшинским, сержантским и рядовым составом части.
Выяснилось, что оба неплохо знают личный состав полка, но имеют весьма туманное представление о летных качествах пилотов, и я пожалел, что заместитель командира полка по летной подготовке капитан Куксин находится в госпитале. Куксин, конечно, ответил бы на мои вопросы без затруднений. Ветераны 611-го-Чурилин, Батаров, Куксин, Волков, Оськин, Барахтин, Степанченко, Сорокин и многие другие - были, бесспорно, золотым фондом нашей дивизии, более того, всей нашей воздушной армии. Рядом с ними вырастали молодые, заступившие выбывших из строя летчики. Великолепными мастерами своего дела были в полку многие техники, механики и оружейники. Но я был информирован, что некоторые офицеры и сержанты замечены в злоупотреблении спиртным, что имеются случаи панибратского отношения между командирами и подчиненными, и в первые же дни убедился, что очень слаб штаб полка: майор Морозов прибыл в авиацию из артиллерии на конной тяге, после окончания курсов адъютантов эскадрилий, ему было трудно в новой должности, а помощники у Морозова не все оказались добросовестными.
Я не торопился с выводами: как бы ни поджимало время, с налету делать умозаключения, с ходу решать судьбы людей негоже. В первые дни я, главным образом, присматривался к жизни полка, к поведению подчиненных, не хотел давать повода говорить в свой адрес, что, мол, новая метла по-новому и метет.
Но все, что не отвечало моим представлениям о моральных нормах, все, связанное с явным нарушением уставов, немедленно пресекал, используя всю полноту предоставленной власти.
На следующий день после вступления в должность я проснулся от стука в дверь. На пороге - две девушки: сержант Н. М. Заречнева и ефрейтор А. М. Зеленина. Одна держит в руках судки с завтраком и полотенце, другая - чайник с горячей водой.
- Будете сразу бриться, или сначала подать завтрак? - спросила Зеленина.
- Разве вы официантки? Они удивились:
- Почему - "официантки"? Мы оружейницы, товарищ майор. Вот обслужим вас и поедем на аэродром.
Я объяснил, что меня обслуживать не надо, попросил впредь выполнять только те обязанности, какие предусмотрены штатным расписанием.
Пока разговаривали, к землянке подкатила побитая легковая машина иностранной марки, и на пороге появилась, вскинула руку к пилотке третья девушка:
- Младший сержант Политова. Машина подана, товарищ майор!
- Вы из батальона аэродромного обслуживания, товарищ младший сержант?
- Никак нет. Служу в полку. Я - авиамоторист.
- А машина?..
- Трофей, товарищ майор!
Пришлось и младшему сержанту М. В. Политовой объяснить, что выполнять она должна только обязанности авиационного моториста, а не обязанности личного шофера командира полка.
Озадаченный первыми впечатлениями, я решил проверить, как работают девушки, в каких условиях живут. Вечером, пригласив майора Морозова, отправился на вечернюю поверку в девичье общежитие.
Поверки, как таковой, не было. Жили девушки уютно, но по-домашнему, не соблюдая требований Устава внутренней службы. Старшины в общежитии не имелось. Четкий распорядок дня отсутствовал.
Назначили старшиной сержанта Е. Я. Борисову, показавшуюся наиболее собранной и серьезной, составили для обитателей общежития распорядок дня, предупредили, что за малейшее нарушение его будем взыскивать. Уходя, расслышали унылый голосок младшего сержанта Ткачевой:
