Но Денис и перед смертью никогда не сдавался, а тут всего-то без сознания человек. И пусть когда-то с Женькой договорились, что расстаются навсегда, в нынешней ситуации бросить подругу он не мог.
На местных докторов – понял очень скоро – надежды никакой. Женю здесь давно списали со счетов, а ее супруг (гаденыш!) спасти супругу даже не пытался.
Тогда Денис получил от сердобольной медсестры по имени Алена подробную выписку о Женькином состоянии и начал искать, кто возьмется за безнадежную пациентку. В столице наверняка должны найтись и новаторские методики и талантливые доктора, кто осмелится победить смерть.
Но врачи (хоть матерые-опытные, хоть молодые-амбициозные) только разводили руками. Слишком обширные поражения, состояние близко к вегетативному, шансов нет. В России человеческая жизнь всегда недорого стоила.
Денис оплатил срочный перевод медицинских документов на английский и принялся искать за границей. Почти сразу вышел на фонд: и транспортировку брались организовать, и прогнозы давали оптимистичные. Вел переговоры, торговался. А когда сошлись на цене (в долларах, с пятью нулями), главарь фонда не смог скрыть торжествующего взгляда. Денис сразу насторожился. Платить не стал и уже к вечеру выяснил: ребятки – банальные аферисты.
Опять тупик. В растрепанных чувствах поехал к Женьке. Пусть врачи уверяли, что душа подруги в иных мирах пребывает, сам считал: она его слышит.
Сел у кровати, повинился:
– Не могу пока помочь. Но выход найду. Жди. Сама помнишь: мы с тобой всегда находили варианты.
И привычно пошел к толстой медсестре. В каждый свой визит подкидывал ей деньжат.
Аленушка Денису симпатизировала. Дама вечно сидела с женскими романчиками, и он со своей спортивной фигурой и породистым лицом, несомненно, подпадал под образ прекрасного принца. А его любовь к «спящей красавице» довершала сентиментальную картину.
Медичка (обычно флегматично-невозмутимая) сегодня выглядела взволнованной. Спросила нетерпеливо:
– Нашли для Жени доктора?
– Нет пока.
Она побледнела:
– Плохо! Ох, плохо!
И шепотом рассказала: утром был консилиум. Местные эскулапы сошлись во мнении: перспектив нет. Спросили мнение Жениного мужа. Тот высказался определенно: против того, чтобы систему жизнеобеспечения отключили, не возражает.
Денис психанул:
– Какое он право имеет?
– Имеет, – вздохнула Алена. – Максим – ее законный представитель. А главврач наш тоже давно говорит: надо диагноз смерть мозга ставить и не мучить девочку.
– Но ведь шанс есть!
– У нас на всю больницу только пять аппаратов ИВЛ, – понизила голос медсестра.
– Господи, в чем проблема? Давайте я куплю ей собственный!
– Не только в этом дело, – совсем закручинилась Алена. – Тут очень многое от позиции мужа зависит. А он считает: даже если Женя очнется, то останется глубоким инвалидом. Не то что работать – себя обслуживать не сможет. Ему такая обуза не нужна, и сына не хочет травмировать.
– Все равно он не имеет права ее убивать!
– Денис, не кричите, пожалуйста, – попросила медсестра. – Я-то полностью на вашей стороне. Но работаю давно, знаю, как здесь все устроено. Потому и предупреждаю: отключить аппараты могут в любой момент. Скорее всего, даже сегодня.
– И как это остановить?
– Вам надо с Максимом пообщаться. Вдруг удастся его убедить? – неуверенно предложила Алена.
Но Денису категорически претило идти на поклон к человеку, кто явно ждал Жениной смерти.
Он задумчиво спросил:
– Слушайте… А если я просто заберу ее отсюда?
– В смысле – заберете? Как?
– Да очень просто. Перевезу на частной «Скорой» в хорошую клинику, обеспечу уход и буду спокойно искать врача, кто попробует привести ее в чувство.
Медсестра взглянула с восторгом. Но тут же снова понурилась:
– Максим этого не допустит.
– Почему?
– Сам платить не станет. И ваши деньги не возьмет – типа, бедный, но гордый. И потом, он… он, мне кажется, решил уже все. У него такое право есть. А у вас, к сожалению, нету.
– Да, Женька… – прошептал Денис. – Выбрала ты себе козла!
Алена взглянула с жадным любопытством:
– А вы-то почему с ней расстались?
– Это неважно сейчас.
Мозг лихорадочно соображал. Взгляд метался по реанимационной палате, спотыкался о сочувственное лицо Алены. Пухляшка, безусловно, готова спасать их с Женей «великую любовь». Как ее можно использовать?
Сохранить Женьке жизнь – не в компетенции медсестры. А вот прикрыть их отход любительница романтики, наверно, сможет.
Не самая сложная спецоперация.
Договориться с клиникой. Вызвать коммерческую «Скорую». Самому одеться санитаром, с собой взять надежного человека…
– Ночью в корпусе охрана есть? – спросил Денис.
Алена побледнела:
– Вы что задумали?
– Я пока просто интересуюсь.
Она умоляюще сложила руки:
– Денис, не надо! Это чепэ, поднимется шум! Частных клиник немного, вас сразу найдут!
– Другого выхода я не вижу.
Она закраснелась:
– А у меня… у меня другая идея появилась… она, наверно, глупая, зато сразу бы все ваши проблемы решила.
– Говорите быстрей!
Взглянула интригующе:
– Как в романе может получиться! Не только любимую спасете от смерти, но и жизнь начнете с чистого листа. Если она вдруг очнется.
