Толик зашел во двор — туда выходили двери подъездов. И двор был такой же, как и другие. Несколько фруктовых деревьев, оставшихся еще от индивидуальных садов, на месте которых был построен этот дом; американские клены, подсаженные позднее, и буйно, как сорняки-захватчики, разросшиеся вкривь и вкось в самых неожиданных направлениях, в их тени стояло несколько скамеек и небольшой столик, за которым расположились любители домино. Они азартно стучали костяшками, время от времени выкрикивая только им понятное: «Дуплись, несчастный, а то отрублю!», «Пошел дежурный с фонарем!», «Рыба!», «Вот это балычок, сразу на полкозла!», «Вмазали сухача» и тому подобное.
Толик сел на лавочку в стороне от них и стал следить за дверью в подъезде Милы. На каждый стук сердце его откликалось тоже стуком. Он уж начал отчаиваться, когда в очередной раз дверь распахнулась и из нее вышла Мила.
Толик поднялся со скамейки и пошел ей навстречу. Она нисколько не удивилась, увидев его, словно заранее знала, что он здесь, во дворе.
— Давно ждешь? — спросила она, взяв его под руку.
— Да нет, — ответил Толик. Ему теперь представлялось, что он действительно не долго ждал ее, хотя раньше, когда ее не было, ему казалось, что прошла целая вечность.
— Куда пойдем? — деловито осведомилась она.
— Куда хочешь! — искренне воскликнул он. Ему казалось, что, опираясь на эту маленькую, но такую властную руку, он готов следовать за ней хоть в огонь, хоть в ад, хоть на край света. И жизнь ему показалась огромным сверкающим колесом, мчащимся по дороге к счастью так, что захватывало дух и не было возможности не только остановиться, но даже просто оглянуться.
И хотя Мила вскоре уехала вместе с родителями отдыхать на юг до начала учебных занятий, он все равно чувствовал ее рядом. И знал, что это теперь всегда с ним, на всю жизнь. Мила и работа вот что теперь определяло всю сущность его жизни.
А разговор с Сергеем все же состоялся, правда, не совсем так, как он себе представлял. Слухи о том, что Толик «ходит» с Милой, быстро распространились среди общих их знакомых, тем более, что они и не думали ни от кого таиться, и, конечно же, достигли и Сергея. Толик стал замечать, что Сергей вроде бы отдалился, во всяком случае, на футбольных матчах сидел на трибунах, но к Толику не подходил. Самому Толику искать с ним встречи и вовсе не хотелось: он все еще чувствовал себя немного виноватым перед ним.
Встретились они несколько неожиданно. Толик торопился на работу, но решил взять в киоске «Союзпечать» свежий номер «Советского спорта» — его раскупали быстро и застать можно было только рано утром. Киоскерша, тетя Поля, была ему знакома. Он протянул деньги, взял газету, повернулся и вдруг очутился лицом к лицу с Сергеем: тот подошел к киоску купить сигарет. В первое мгновение оба немного растерялись. Первым пришел в себя Толик.
— Привет, старик, — радушно проговорил он и протянул руку.
— Привет, — сдержанно ответил Сергей, но руку пожал. Толик подождал, пока он купил сигарет, раскрыл пачку и закурил. Они стояли и молчали, не зная, с чего начать разговор.
— Что-то тебя давненько не видно было, — начал наконец Толик. — Даже на футболе не появляешься.
Сергей только пожал плечами. И тогда Толик решился:
— Вот что, старик, — твердо сказал он, — давай поговорим честно, по-мужски. Обиделся на меня?
— Не то слово, — ответил Сергей и поднял на Толика глаза. — Понимаешь, Милка для меня... — он рукой поискал слово, но не нашел и продолжал: — В общем, я давно понял, что рассчитывать мне не на что, и отступился...
— Другими утешился, — вставил Толик.
— И это тоже, — согласился Сергей. — А когда услышал, что ты... что она... — он махнул рукой, помолчал и потом докончил: — В общем, горько мне стало. И больно. А вот сейчас думаю: лучше уж, что она с тобой, а не с кем-нибудь другим...
— Знаешь, Серега, — тихо и душевно сказал Толик, — я и сам не понимаю, как все это получилось. Вот как-то налетело, закружило и так взяло за сердце... И нет для меня теперь дороже человека. Ради нее я на все готов.
— Понимаю, — так же тихо сказал Сергей. Он еще раз сильно затянулся сигаретным дымом, выплюнул сигарету на землю и растер окурок ногой. — Будьте счастливы! — Он резко повернулся и пошел прочь. Но, отойдя шагов десять, обернулся и весело крикнул: — Смотри, меня не забудь на свадьбу пригласить!
— Первым гостем будешь, — так же шутливо ответил Толик. На сердце у него полегчало.
В тот же день на работе у Толика произошло еще одно необычное событие. Он и раньше несколько раз замечал, что когда был занят какой-нибудь работой, к нему подходил Иван Алексеевич, останавливался за спиной и молча наблюдал. А когда Толик оборачивался и удивленно взглядывал на него, он все так же молча отходил. Но сегодня не отошел, а взял с верстака губки быстродействующего выключателя, которые зачищал Толик, забавно шевеля губами, осмотрел их со всех сторон и положил снова на верстак.
