– Нет, Дмитрий, даже не проси. – Ламарк сурово смотрел на Самарина. Митя поднял глаза на стену за спиной шефа. Оттуда с такой же непримиримостью во взгляде взирал московский градоначальник Николай Вадимович Русланов. Выражение лица один в один, только усы у Ламарка всё же пышнее. Сыщик перевёл взгляд в угол, где приткнулся пыльный контрабас. Тот, в отличие от усатых генералов, никаких эмоций не выражал, но всё равно выглядел укоризненно.
– Но как же, Карл Иванович, первое мая ведь!
– Вот именно, что первое мая! Весенние гулянья в Сокольниках и Петровском, а в этом году ещё и шествие рабочих по Тверской и Красной площади. Профсоюзы полгода готовились! Ты представляешь, что будет, если всё отменить? Русланов всех собирает – и нас, и городовых, и уездных, и даже жандармерию с казаками. Так что, Дмитрий, ни до первого мая, ни на сам праздник никому дела до этого душегуба не будет. И подмоги тоже не жди. Некому. Сотрудников твоих я тоже забираю на этот день, уж не обессудь. Нам все силы нужны.
– Как же я один-то?
– Крутись, Самарин. У тебя же есть подозреваемый?
– Есть, студент.
– А чего не прижмёшь?
– Адвокат там. Левко.
– Да, Левко – не пивко, быстро не выдохнется. – Ламарк хохотнул в ожидании, что и подчинённый оценит шутку. Митя вяло улыбнулся. – Найди подход, присмотри за этим студентом, поймай на месте преступления, в конце концов. Что за дурная идея вообще – убивать по первым числам? Нет, это очень некстати, нам порядок держать надо, вся Москва гулять будет.
– Карл Иванович, да ведь он как раз суматохой и воспользуется, чтобы очередное убийство провернуть!
– А ты сделай так, чтобы не воспользовался. Ну что ты, ей-богу, за одним студентом не уследишь? Скажи спасибо, что тебя в дежурство не ставлю. Всё, иди, работай.
Невесёлую новость Самарин озвучил сотрудникам.
– Ты, Митя, не тушуйся. – Горбунов пододвинул к сыщику чашку с чаем. – Мы всех наших предупредим, чтобы были начеку. А ты студентом занимайся. Возьмёшь его с поличным – и дело с концом.
Горячий чай в жару вызвал лишь досаду.
– В пекло всё. Пойду прогуляюсь.
Даже Вишневский удивился. Чтобы начальник посреди дня просто ушёл гулять?
Неожиданный прогул оказался приятным приключением. Сыщик даже купил у мороженщика шарик лимонного в вафельном рожке и, сидя на скамейке, расстегнув пиджак и ослабив галстук, наслаждался почти забытым ощущением. Когда он последний раз вот так, никуда не торопясь, просто отдыхал и ел мороженое? Пожалуй, в семь лет. Отец тогда первый раз привёз Митю в Москву, показал белокаменный Кремль и Царь-пушку, а потом угостил настоящим мороженым. В деревне-то такого не было – на Рождество лишь сладкую воду с ягодами замораживали, совсем не тот вкус.
Дмитрий вспомнил, как он жадно тогда ел лакомство, размазывая и капая на штаны, а отец смеялся и вытирал Митины щёки и одежду платком. Папино лицо почему-то трудно воскресить в памяти, черты расплываются, осталось только ощущение радости и покоя от того момента. Вот как сейчас.
Мысли о работе, конечно, пытались просочиться в голову. Митя отгонял их так же упорно, как назойливую осу, которая тоже нацелилась на лимонный шарик. Нет уж.
Рядом прогуливались нарядные дамы с кавалерами, степенно катили коляски дородные няньки в сарафанах. Пробежали мимо девушки – гимназистки или студентки – стрельнули глазами в Митину сторону и захихикали. Проехал почтальон на велосипеде. Тоже, что ли, такой купить? На работу можно ездить, на свежем воздухе. Сослуживцы засмеют, наверное. А не всё ли равно?
Митя встал, отряхнул крошки и решил спуститься к набережной. Возле воды ощущалась приятная прохлада, а ещё тут обнаружился второй «прогульщик» – светловолосый мальчуган лет пяти, в отглаженном синем матросском костюмчике. Ребёнок из богатой семьи – и без присмотра? Пацан исподлобья взглянул на сыщика, поднял камень и сообщил с вызовом:
– Впечатляет, – оценил Митя. – А я тоже умею камни кидать, но по-другому.
– Покажи, – требовательно попросил малец.
Митя присел, выискивая среди гальки подходящий экземпляр. Вот этот плоский подойдёт.
– Смотри. – Сыщик размахнулся и пустил по реке «блинчик». Раз, два, три, четыре – камушек пропрыгал по воде и исчез.
Мальчуган разинул рот и распахнул глаза.
– Ух ты! Я тоже так хочу! Научишь?
– Легко, – рассмеялся Митя. – Но нужен подходящий камень, очень плоский.
– Такой подойдёт?
– Вполне. А теперь отведи руку и бросай не сверху вниз, а вбок.
– Не выходит!
– Попробуй ещё раз, не торопись.
Пацан закусил губу, примерился и кинул очередной окатыш, который один раз отскочил от поверхности.
– Получилось!
