А едва за подругой хлопнула дверь, я потонула в нем. Задыхаясь, не в силах выбраться и сделать осознанный вдох. Нежность, смешанная со страстью переливалась как свежий мед, тягуче, сладко и невообразимо вкусно. Это было томительно и одновременно взрывоопасно. Потому что внутри миллиардами огоньков взрывались петарды, искрилось сознание, а потом вырубалось вовсе. Его ласки, поцелуи, движения превратились в какой-то смешанный поток, в котором пропало мое Я. Рядом с ним оно мне было не нужно. Вся жизненная сила в тот момент заключалась в этом первобытном танце двоих.
— Я люблю тебя, моя Карамелька, — услышала я где-то на грани, проваливаясь в пропасть.
— Люблю, — отозвалась тихо, потому что теряла связь с реальностью в тот момент.
А ведь это правда…Люблю! Не думала, что это так прекрасно.
Кит Сабакинских
Февраль ознаменовался началом семестра, который для меня должен был стать последним. Занятий как таковой теперь не было, была практика, которая у меня вылилась в стажировку и консультации по дипломке.
Была ещё Карамелька…Уф! Когда ты находишься в свободном плавании и не привязан к одной девчонке, выгребать весь бардак, который случается в начале нового, легче. А для меня новый режим был какой-то адский. Если пары я мог прогулять, чтобы доспать, то с работой такие штуки не прокатывали. Теперь как штык: четыре часа тренировок в день, шесть часов работы, к тому же я не отказывался от помощи Мишане, и ещё отношения. В первую неделю в режиме нон-стоп свалили меня до состояния «двенадцати часовой сон». А потом…Потом я оказался крайним. В чем? А все вопросы к Карамельке. Это она раздувала проблемы из ничего. Хотя, да! Косяк за мной имелся. С днём рождения свою принцессу поздравил одним из последних. Девочке двадцать, а я запарился на столько, что не было времени даже позвонить. Не то, чтобы написать. Подарок купил заранее, накануне обзавелся букетом, и все пошло крахом, потому что заявился к ней на порог не в полночь как полагается самому лучшему парню на свете, а за час до окончания даты, когда весь праздник был вразгаре. И извинения мои приняты были, и вроде обрадовалась. Вот только ещё через три дня мне это аукнулось.
— Карамелька, прости, я еле до дома дополз. Завтра обязательно приеду.
Увалился на кровать, впервые взяв телефон в руки за день. А он был на столько насыщенный, мама не горюй. Она, наверное, и не горевала.
Мама всегда принимала мои увлечения как: «Это твоя жизнь, но я бы посоветовала…». Обычно эти советы выливались во что-то стоящее, это я уже после понимал, когда случался очередной головняк. Но как только уехал из дома, с этими советами мама не лезла, потому что если в нашем маленьком городке она знала многие семьи, тем более в нашем районе, то в городе с трехмиллионным населением вряд ли.
Правда, на счёт Карамельки она меня спалила. Я как бы и не прятался, но особо и не афишировал.
— Я этого и опасалась, — она даже присела на диван, схватившись за сердце.
— Ты так говоришь, будто я с кланом Сопрано связался.
— Я ничего не имею против девочек, они замечательные. Но ты пойми, что Сергей их растил как принцесс. А мы кто?
— Если мы не ворочаем миллионами, это не значит, что мы плохие люди, — не согласился я. Да, мы никогда не жили роскошно, и вопрос средств после ухода отца стоял перед мамой остро. Но ведь все наладилось. Девчонки устроили свои жизни, я ещё пока был где-то на перепутье, но всеми силами старался не ударить в грязь лицом. Машину, например, покупал на свои кровные…
— Не пара она тебе все равно. Это сейчас у вас романтика, а потом потянуть такую девочку ты не сможешь. Будешь загибаться, чтобы соответствовать её запросам и просто возненавидишь.
— Мам, я жениться не собираюсь ещё лет пять-десять, а там уже посмотрим.
— Ох, не знаю, — без какой-либо причины не одобрили мой выбор. Но это был всего лишь совет, к которому я, как нормальный влюбленный парень, прислушиваться не собирался.
Так, к чему я вел? К тому, что на том конце раздался вполне себе бодрый голос:
— Я уже начинаю привыкать, что в твоём рейтинге предпочтений скатилась на нижнюю строчку.
Меня аж в прот холодный бросило. Приплыли! Я и забыл, что отношения предусматривают такие понятия, как внимание к девушке и ссоры. С первым, как мне казалось, у меня было все в порядке. Но судя, что мне прямо говорят о моей безалаберности, это было совсем не так, от чего назревала первая ссора. И не хотелось бы, чтобы она была по телефону.
— Я сейчас приеду, — распознал первый тревожный сигнал.
— Все нормально, не стоит.
— Смею предположить, что не очень, раз ты завела этот разговор.
— Кит, час ночи.
— Одевайся.
Через полчаса я уже стоял во дворе её дома. Я не знаю, как бы я поступил, если на ее месте был бы кто-то другой, но конфликта я решил избежать. При чем это был осознанный побег, впервые в жизни.
