— Я испугался, Исха. Прости. Я струсил и сбежал. Знал, что ты позаботишься о Богриде. Знал, что с тобой ему будет лучше, чем со мной, хотя я сильно привязался к этому мальчугану.
— Ч-чего ты испугался? — ей нужно было знать точно. Теперь уже нужно было — как воздух.
— Того, что могу увидеть в твоих глазах. Я не вынес бы презрения. А я только этого чувства и достоин.
— Не говори так.
Сердце тяжело сжималось и разжималось с болью. Если бы не Веренир, она сейчас приблизилась бы к Григу. Ведьма хотела взять его за руку.
— Ты пошел за мной в горящий дом. Ты спас этого мальчика. Все ошибаются, но ты не сделал мне ничего дурного.
Веренир так резко поднялся, что его стул опрокинулся спинкой на ковер.
— Исха, он следил за тобой для иноземного шпиона!
— И я себе этого никогда не прощу! — жарко воскликнул Григ, тоже подхватившись. — Только из-за меня ты и попала в этот огонь! Мне нужно было держаться от тебя на расстоянии. Но я не мог. И поплатился за это. Жестко поплатился.
Григ, не замечая того, как на него смотрит десница, приблизился к креслу Исхи и опустился перед ней на колени.
— Я не мог простить себя из-за тебя. И когда услышал, что на войну созывают мужчин, с радостью откликнулся в числе первых. Не как жрец. Как простой пехотинец.
— Ты… сражался… в битве?.. — Исха не могла поверить собственным ушам.
— Да. Я видел… Мертвецов. Это было страшно. Но знаешь, что гораздо страшнее?
Ведьма не смогла ничего сказать. Голос не слушался. Она лишь покачала головой.
— Что из-за меня у тебя появилось вот это, — он протянул к ней руку, чтобы дотронуться до пострадавшей щеки.
— Не трогай ее! — зарычал Веренир и вдруг оказался тоже рядом, только по другую сторону кресла.
— Прекратите оба! — Исха подскочила с кресла и отошла от них к окну. Григ поднялся с коленей. Жрец и десница продолжали сверлить друг друга взглядами.
— Никогда. К ней. Не. Прикасайся.
— А то что? Прикажешь меня казнить?
— Нет. Я сам тебя убью, — он сказал это так тихо, что Исха еле расслышала, потому что находилась в другом конце покоев.
— Ты десница, но я тебя не боюсь. Теперь нет. Теперь мне не страшно ничего, ибо я обрел мир в сердце. И только одно до сих пор не дает мне покоя, — он посмотрел на Исху: — Я не могу жить спокойно, пока ты не простишь меня.
Она ничего не успела ответить. Веренир грубо пихнул его в плечо.
— Смотри на меня, жрец, когда я с тобой разговариваю!
Исха оцепенела. Ей до рези в глазах не нравился такой Веренир.
— Ты меня не убьешь, потому что я знаю, как добраться до других предателей. Именно за этим сюда и явился.
Снаружи постучали и почти сразу же открыли дверь. Почему-то Исха ожидала, что на пороге появится Бо. Но это был не мальчик. Там стоял взволнованный Висгарт.
— Что случилось? — Веренир тоже сразу же прочитал мимику этого юноши.
— Господин десница, я понимаю, что уже поздно, но, боюсь, дело не терпит отлагательств!
— Боже, ну что еще? — он бросил это раздраженно, но не Висгарту, а скорее обращался в никуда. Может, и вправду спрашивал у Ясногорящего. Исха мысленно похвалила мага, что тот не сорвался на писаре, а сдержал себя, хотя находился в крайней степени раздраженности.
— К нам едет делегация из Коревии.
— Прямо сейчас?
— Да, их гонца что-то задержало, он должен был прибыть к нам еще два дня назад. Но вместо этого добрался почти одновременно с послами. Они будут здесь с лучины на лучину. Господарь велел тебе заняться их обустройством.
— Демон! — воскликнул Веренир. — Почему всегда так не вовремя?
— И еще одно, — Висгарт почему-то смутился. Исха это заметила.
— Что?
— В делегацию входит ее высочество Нинетта.
Десница провел пятерней по волосам. Исха смотрела на него во все глаза. Что-то было не так. Веренир обычно себя так не ведет.
Маг прикрыл глаза и протяжно выругался.
— Веренир? — подала она голос.
— Мне нужно уйти, чтобы все подготовить к приезду делегации. Висгарт, ты побудешь здесь вместо меня.
— З-з-зачем, господин десница?
Исха знала, что иногда юноша начинал заикаться. В последнее время все реже, но порой все же случалось.
— Так надо, — отрезал некромант и направился к выходу.
— Нет, не надо! — взбеленилась Исха. — Ты не будешь оставлять вместо себя Висгарта, как какую-то… — ведунья на миг замолчала, подбирая слово. — Как какую-то дуэнью! Ты мне не муж, и я свободная женщина!
Она не хотела этого говорить, но Веренир взбесил ее сегодняшним поведением. И его приказ Висгарту остаться послужил последней каплей.
— Отлично. Пойдем, писарь, — кинул он, и Висгарт поспешил выскочить из покоев первый.
Ведьма никогда не слышала, чтобы маг так его называл. Всегда — только по имени.
— Счастливо оставаться!
Дверь за некромантом с силой захлопнулась. Звук болью отдался в ушах и… груди.
На несколько долгих щепок в комнате повисла тишина.
— Вы вместе, — Григ не спрашивал, а утверждал. И что-то было в тоне его голоса… Исха не могла точно определить. Сожаление? Смирение? Обреченность.
Она не знала, что ответить на это.
Тихо подошла к узкому окну. Если приглядеться, сквозь толстые стекла, обрамленные ромбами кованой решетки, можно было разглядеть, что происходило во дворе замка.
