Не знаю, сколько времени я провела в слезах. Немного. Потому что все равно побыть одной не дали. Ко мне выскочил су-шеф, подал стакан воды и попытался поговорить.
– Может мне кого-то позвать? – взволнованно спрашивал парень.
Но я на все его слова только качала головой. И замерла совсем, когда услышала знакомый рев мотоцикла. И ведь угадала – вскоре неподалеку появился Рома. Меня не заметил, слишком темно было с этой стороны здания, когда уже повечерело. Он припарковался на стоянке у самого выезда и с каким-то пакетиком пошел внутрь. И вот его появление успокоило меня волшебным образом на раз. Сразу стало важно, как я выгляжу. Хорошо хоть на моих искусственных пышных ресницах не было никакой туши. Сделала их еще неделю назад. Захотелось быстро привести себя в порядок и поспешить в тот же зал. Чтоб посмотреть в глаза этому засранцу.
Но я едва успела высморкаться и утереть влагу с лица и своего декольте, как Рома уже садился обратно на своего коня. То есть… это опять все? Он просто возьмет и снова сейчас уедет? Приехал только затем, чтоб передать кому-то какой-то пакетик?!
Сильно возмутившись, я наплевала уже на все. Вышла из своего укрытия и направилась прямиком к Роме. А он чуть не уехал. Заметил меня в самый последний момент. Дождался, пока подойду, заглушая мотор. Но вот совсем не ожидал, что я сделаю следом. А я все-таки подняла руку и влепила ему пощечину, от чего его лицо сразу приобрело жесткие черты. Он нахмурился и уставился на меня.
– И когда ты собирался мне сказать, что уезжаешь? – спросила у него с очередной претензией.
– Ты напилась, что ли? – спросил без тени улыбки.
– Нет! – выпалила ему, ощущая, как все-таки слегка шумит в голове. – Я нормальная! А вот ты – нет! Неужели так сложно почтить своим присутствием мою свадьбу?!
– Вряд ли это кому-нибудь нужно…
– Это нужно мне!
Посмотрев на меня долгим, пронзительным взглядом, Рома повернул голову в сторону и серьезно спросил:
– Ты поэтому плакала?
Вы только на него посмотрите! Сидит тут, на своем железном коне, в коже черной, брутальный до невозможности, из себя весь.
– Не твое дело! И куда ты вообще собрался?
Снова повернувшись к моему лицу, он так же серьезно произнес:
– Иди к своему мужу, Белка, он наверняка тебя ищет.
Но когда братец уже завел мотор и собрался провернуть ручку газа, я шагнула ближе и схватила за куртку на плече. Рома резко дернулся, выжимая тормоза. И так глянул на меня, до мурашек, смесью из злости и чего-то еще. Но потом грязно выругался себе под нос и скомандовал:
– Садись назад.
И я ведь даже не стала раздумывать. И за платье свое переживать – тоже не стала. Запрыгнула на мотоцикл позади него и крепче обняла крепкий мужской торс, оставляя за спиной и свадьбу свою и новоиспеченного мужа.
Отвратный выдался денёк. Первые полдня донимало жуткое похмелье. Это он так расслабился прошлой ночью, когда проиграл Бесу пари на Ириску. Тот радовался, как придурок. Когда сам Рома даже не старался. И с дистанции сошел еще где-то на середине. Не такая уж желанная была та цель. Когда в своей постели хотелось видеть другую. И вот именно из-за нее затрещал по швам со второй половины суток.
Эта свадьба… вообще ему не уперлась. К ЗАГСу приехал только по просьбе матери. И то заходить внутрь даже не стал. Не хотелось. Побоялся сорвать эту слащавую процедурку, высказав свое «против» в нужный момент. Думал просто постоять в сторонке, издалека посмотреть. Так к нему решила подойти сама невеста. Подойти и наорать на него. Красивая такая, зараза. Да она выглядела, словно ревнивая Фурия. В платье своем белом, которое сам ей выбирал. В таких же белых чулочках, с подвязкой ажурной на правой ножке, что было прекрасно видно из-за короткой стороны юбки на передке. Это даже не платье, это какое-то издевательство. Так и хотелось запустить под него свои руки.
И ведь понимал, что теперь точно нельзя. Ни думать о ней, ни желать. Смысл? Его сестренка официально замужем. Отдалась своему Олеже за сладкие конфетки. Когда ему кроме горького шоколада с острым перцем предложить нечего. Поэтому не стал себя искушать и не поехал в банкетный зал. Там и Виктор на это намекнул накануне, что мол, если он не захочет присутствовать на свадьбе, все поймут.
Поймут, *лять.
Смешно даже. Когда все гости на него таращились с таким испугом, словно он какой-то уголовник. Нахер! Послал все в жопу и поехал к своим, где его внешний вид и образ жизни вообще никого не парил. Потому что все сами такие же отвязные «уголовники».
Но Белла так и нарывалась.
