23.10. Продолжаю свыкаться с переменами. Столько информации за один раз может вызвать потрясение. Иола выходит замуж, мама тоже (на Пасху), а я? Я делаю первые шаги как аспирантка. Веду занятия. Даю задания на дом (но никого не проверяю, потому что неловко как-то ставить пары). Пытаюсь проводить собеседования, но в результате получается, что говорю я одна. А студенты? Самое большее, пробуют сменить тему. Вчера, например, мы перешли к проблеме наркотиков.
— Пани магистр, как вы считаете…
— Я просила не обращаться ко мне «пани магистр», — не дала я досказать. — Это звучит чудовищно.
— Тогда, может быть, «маги»? — предложил какой-то смельчак, видимо любитель Млечко.
— Можете обращаться на «вы» или даже на «ты». Но вернемся к наркоманам… Наилучшее определение дал Курт Воннегут. Он сказал, что, когда люди не могут ничего изменить вокруг себя, они пытаются изменить что-то внутри. И начинают экспериментировать. Одни обращаются к лекарствам, другие — к мистическим религиям, а третьи — к наркотикам.
— Клевая теория, — оценил круглолицый блондинчик, сидящий за первым столом. — Так мы можем идти? Уже второй час.
И они унеслись, не ожидая разрешения.
Чихали они на старую занудную картонную дурилку.
25.10. Снова занятия по социологии. Я пришла чуть пораньше, чтобы подготовиться. За десять минут до начала ко мне подошла симпатичная шатенка в роговых очках. Гладко причесанные волосы, лицо, не оскверненное пудрой. Отличница.
— Простите, — чуть слышно обратилась она ко мне. — Я пришла раньше, потому что у меня просьба.
— Да?
— Понимаете, я интересуюсь проблемами наркоманов и… и хотела бы спросить, не могли бы вы назвать мне какие-нибудь фамилии.
— Но у меня нет знакомых наркоманов.
— Нет, вы не поняли меня. — Девочка поправила очки. — Я имею в виду фамилии авторов, занимающихся проблемами лечения наркомании.
— Авторов? Тоже не знаю.
— Позавчера вы упомянули психолога, который пишет на эту тему.
— Воннегута? — на всякий случай удостоверилась я.
— Да, — обрадовалась она.
— Но он вовсе не психолог.
— Нет? — удивилась шатенка.
— Действительно нет? — пошутила Иола.
— Знаете, что меня окончательно добило? Она ведь вправду отличница.
— Они, похоже, ничего не читают.
— Читают, — возразил Лешек. — Краткие пересказы книг, включенных в программу, мемуары Ди Каприо, а также десятки пособий о том, как заработать сто миллионов, использовать энергию космоса, а также очаровывать всех подряд мужчин или женщин.
— Ворчим, как старые тетки.
— Меня прошу вычеркнуть из числа старых теток. Мы вместе с Томеком как раз переживаем первый месяц учебы в институте.
— Он моложе Эвы на семь лет, — объяснил Иоле Лешек.
— Здорово! — воскликнула она. — Значит, ты дольше будешь ходить на всякие увеселения.
А еще два года назад Иола прочла мне такую вот проповедь.
— Малина, я хотела бы серьезно поговорить с тобой, — начала она, предварительно плотно закрыв дверь своей комнаты. — И знаешь на какую тему?
— Похоже, догадываюсь. — Неделю назад я призналась ей, что кручу с парнем, который на два года младше меня. — Речь пойдет об Игоре?
— Именно о нем. А точней, о разнице в возрасте, которая разделяет вас.
— Разделяет? Между нами всего два года.
— Целых два года! — загремела Иола. — Когда он будет двадцатисемилетним молодым человеком, ты будешь женщиной средних лет, склоняющейся к старости.
— Ты шутишь! Алли Макбил тридцать лет, а она вовсе не выглядит женщиной средних лет.
— Это освещение и калифорнийский воздух. В Кракове он у нас совсем другой.
— Так что мне делать? — поинтересовалась я в полном отчаянии.
— Я ничего не могу тебе диктовать.
— Я прошу всего-навсего совета.
— И советовать тоже. Решение ты должна принять сама. Скажу только одно. Виктор старше меня на год, а я все равно чувствую угрозу. Потому что через некоторое время он будет привлекательным сорокалетним адвокатом, а я…
— …тридцатидевятилетней старушкой, — закончила я за нее.
Потому-то мы редко признавались Иоле, когда крутили с парнями: моложе себя. Эва держала Томека в секрете вплоть до сегодняшнего дня. И вдруг пожалуйста. Единственная реакция — исполненное энтузиазма восклицание.
— Иногда на меня находят тревожные мысли, — продолжала Эва. — Я думаю: а что будет через несколько лет?
— Что будет? Да не бери в голову, — посоветовала Иола. — Может, вообще уже ничего не будет.
27.10. А если Иола права? А если через несколько лет вообще ничего не будет? Так что не стоит тревожиться о будущем, надо жить полной грудью. Здесь и сейчас. Ловить ощущения, как бабочек.
28.10. Легко сказать — ловить! А где взять такой сачок?
11.11. На послезавтра назначено бракосочетание Иолы и Яспера. И оно состоится, только где-то в Греции.
— Так будет гораздо романтичней, — сказал мне по телефону Яспер. — Только мы. Море и ветер. Мы пришлем вам фотографии.
— Что они сказали? — спросил Лешек.
— Что пришлют фотографии.
— Черт, а я пригласил на их свадьбу Мигеля. Надо ему позвонить, предупредить.
— Какой ты стал, однако, заботливый, старина, — отметила Эва.
