Боль начала пульсировать в конечностях и спине. Шум и ощущения сменились жужжанием, и я, возможно, потеряла сознание. Трудно сказать, когда находишься в непроглядно тёмном туннеле.
— Ты можешь видеть? — спросила я Одда, раз уж пришла в себя.
— Нет.
— Тогда как…
— Тише, я считаю шаги.
О. Звук трения сопровождался лёгкой вибрацией в левой руке. Его плечо, должно быть, соприкасалось со стеной. Умный.
Спустя некоторое время я задремала в его объятиях. Когда он остановился отдохнуть, я резко проснулась.
— Всё ещё со мной? — спросил он.
— Да, — я сделала наполовину затяжной вздох. — И думаю, что избежала опасности.
Одд прижал меня к своей груди.
— Слава создателю.
Я взвизгнула.
— Однако всё ещё очень больно.
— Ох, прости, — он ослабил хватку.
— Я могу попробовать пойти.
— Нет.
— Беспокоишься из-за тех лоз? — поддразнила я.
— Нет, — сказал Одд ровным голосом.
Я страстно ждала увидеть вырождение его лица. Спустя несколько минут Одд, шатаясь, встал на ноги и продолжил идти. Он двигался уверенно. Впечатляюще, учитывая, что он ненавидел туннели.
Свежий воздух, смешанный с ароматом живой зелени, взбудоражил меня. Одд замедлил шаг, вероятно, думая о том же, о чём и я. Где была Джаэль? И что делал Керрик, когда жрецы вышли из трубы? Я надеялась, что он скрылся, избегая их. Но он мог напасть на них, чтобы защитить уходящих женщин.
Боль забылась, когда я забеспокоилась о Керрике.
— Осторожнее.
Одд подобрался к краю и выглянул наружу, затем хмыкнул то ли от восхищения, то ли от недоумения. Он вышел. Слабые лучи рассвета осветили жрецов, запутавшихся в лозах. Они бились и кричали, но без толку.
— Твой парень был занят, — пробормотал Одд. — Возможно, полностью измотал себя.
Керрик материализовался позади нас. Его лицо озарило счастье.
— У меня осталась уйма энергии, — сказал он, несмотря на то что кожа обвисла на его измождённом лице. Он вытянул руки.
Одд замешкался, прежде чем передать меня. Магия Керрика захлестнула на меня как целебный бальзам. Он крепко обнял меня, когда я прижалась к нему, его запах был желанным избавлением от вони канализации.
— Благодарю тебя, — сказал Керрик Одду необычно официальным тоном.
Одд кивнул.
— Я лучше пойду догонять свой отряд. Мы можем столкнуться с неприятностями, прежде чем достигнем границы.
— Остерегайся Джаэль, — сказала я Одду.
— Она тебя не потревжит, — сказал Керрик ровным тоном. — Но отряды направились на перехват женщинам, пока мы разговариваем.
— Как скоро?
— Два дня.
Они были бы только на полпути к границе с Помитом. Ничего хорошего. Если только…
— А что, если они отправятся на юг, в королевство Тобори? Пусть короче и неожиданнее.
— Там много Лилий Смерти, — сказал Одд.
Мы оба посмотрели на него.
— Сможете догнать нас к тому времени? — спросил меня Одд.
Уже чувствуя себя сильнее, я посмотрела на Керрика.
— Встретимся на границе.
— Увидимся, — Одд повернулся, чтобы уйти.
— Одд, подожди, — Керрик усадил меня на землю.
Листья подо мной пульсировали от его магии, поддерживая нашу связь. Керрик покопался в кармане и достал крупную оранжевую ягоду размером с золотую монету.
Он передал её Одду.
— Скажи женщинам собирать и есть их. Они съедобные и дадут им энергию. Держитесь подальше от других ягод, большинство их ядовиты.
Одд сунул его в карман.
— Понял, — потом он ушёл.
Керрик опустился на колени рядом со мной. Он убрал прядь мокрых волос с моего лица.
— Почему Джаэль не будет тревожить Одда? — спросила я. — Ты…
— Да.
— Зачем?
— Она сказала, что убила тебя. И никакая тюремная камера не смогла бы её удержать. Она была слишком опасна, чтобы оставить её в живых. По крайней мере сейчас она для разнообразия стала полезной.
Я ждала.
— Как удобрение для леса, — закончил он.
— Есть ли вероятность, что на вернётся, как вернулся ты?
— Нет.
Я задумалась над тем, что чувствую по этому поводу. Ни грусти, ни вины, преобладало облегчение. Райн, возможно, будет злиться на нас, но мы устранили угрозу.
— Ты просто должна была спасти их всех, да? — спросил Керрик, но его тон оставался мягким.
— Это была не моя идея, — я поведала ему о Мелине. — Кроме того, это было правильно.
— Это было испытание, дать самому большому количеству женщин свободу. К тому же им нужны одежда обувь и больше пиши, чем просто ягоды.
Я улыбнулась.
— Уверена, ты справишься с этим.
— Что ж, обо всём подпорядку, — он поднял меня. — Ты потеряла в весе, — он нахмурился.
— Еда была отвратительной. Я собираюсь написать письмо с жалобой.
Его хмурый взгляд разгладился.
— После того, как ты исцелишься, — он повернулся.
— Куда мы идём?
— В более безопасное место.
— Как же жрецы?
— Они могут тусоваться здесь ещё один день и дать женщинам фору.
Он отнёс меня в небольшой лагерь и положил на свой спальный мешок, затем завернул в одеяло. Разведя костёр, Керрик некоторое время смотрел на пламя. Яркое сияние подчёркивало его усталость.
— Насколько всё плохо? — спросил он.
Благодаря энергии, которой он уже поделился, я больше не задыхалась. Левое лёгкое функционировало нормально, но правое всё ещё было пробито. А мои рёбра… Довольно плохо.
— Я не хочу, чтобы ты исчерпал свои силы…
— Я не об этом спросил.
