В центре нестройной шеренги котелков лихо отплясывала светловолосая кудрявая девочка. Она была любимицей зала и буквально светилась от счастья и внимания. Камушки на котелке ярко сверкали, а бантики были идеально отглажены.
Что ни говори, а у Сары получилась чудесная дочурка.
– А наша-то где? – спросил Дрэв.
– А вон она, красотка, – фыркнула я.
Во втором ряду котелков, явно не поспевая в ритм, топталась моя кудряшка. Котелок из нее получился, прямо скажем, неважный. Да и характером больше напоминал маму-ведьму. Когда один из мальчиков случайно наступил Элизе на ногу, та возмущенно пихнула его большим котелковым пузом. Весь ансамбль, не удержав шаткого равновесия, попадал на коленки и беспомощно барахтался, не сумев встать из-за объемных костюмов.
– Кексик, давай заведем еще одного ребенка? – шепнул мне на ухо муж.
– Думаешь, он будет более артистичным?
– Нет, просто мне нравится сам процесс.
– Это детский утренник! – воскликнула я. – Как детский утренник может натолкнуть на такие мысли?
Пока мы спорили, что было для нашей семьи самым обычным делом, Элиза Фолкрит, довольная произведенным кипежем, вылезла-таки вперед и радостно пропела:
Все тут же поверили. А как иначе? С ведьмами шутки плохи. Даже если ведьмы эти пока еще очень маленькие.
Я кралась по темному коридору и с трудом удерживалась от того, чтобы не хихикать злорадно, представляя себе утренний грядущий переполох. Нет, а чего они хотели? Сами виноваты! Теперь держитесь.
Босые ноги мерзли: пол был каменный, а осень выдалась прохладной. Красивой – с золотистой хрустящей листвой под ногами, но прохладной. Однако стук каблуков неизменно бы привлек внимание мамы или Дрэва, так что меня окружали темнота и тишина. Дрэвис уже спал, умаявшись на работе, у мамы разболелась голова, и она решила лечь пораньше перед важным днем. Момент был выбран идеально!
Перед дверями гардеробной остановилась и прислушалась, но все было тихо. Я юркнула внутрь и плотно закрыла за собой двери. Темно, глаз выколи! На ощупь я нашла чью-то куртку и положила на пол, чтобы закрыть щель между дверью и полом – мало ли, кто пойдет мимо, увидит свет и полюбопытствует.
Я творю в ночи и гордом одиночестве! Ну… почти.
– Опять пакостишь? – раздалось из-за спины.
Я чудом удержалась от того, чтобы не вскрикнуть.
– Крин! – Нашарила рукой кристалл на стене и включила свет. – Я думала, твой статус выше подглядывания за гардеробными честных ведьм.
– Кексик, что ты тут делаешь? Ты давно должна посапывать в ожидании великого праздника, причем за пару этажей от жениха.
– Почему за пару этажей? – заинтересовалась я, на миг забыв о цели вылазки.
– Потому что жених не должен видеть невесту до свадьбы.
– Ой, этот жених невесту видел, щупал и уже достал. Собственно, поэтому я здесь.
Вытащила из сумки, которую притащила с собой, ножницы и осмотрела масштаб работ.
Платье висело на самой верхней перекладине, на специальных красивых плечиках. Этот кошмар – десяток килограммов тюля и кружев – стал камнем преткновения всей нашей будущей семьи.
Нет, я шла на уступки. Во-первых, я согласилась проводить свадьбу на сотню с лишним человек – для мамы и Дрэва было жутко важно наприглашать туда толпу каких-то партнеров и знакомых. Подумать только – весь штат фрейлин, школы для фрейлин и пенсионного клуба фрейлин веселится на свадьбе ведьмы! Хорошо, что Рикки Карамель отныне радует статейками жителей Эрстен-града, а то о нас бы написали демон знает что.
Во-вторых, я согласилась заказать торт у конкурентов! Мало того что это был удар по моей профессиональной гордости, так я еще имела серьезные опасения за здоровье тех, кто этот торт попробует – конкуренты меня не слишком-то жаловали.
Но платье – это уже слишком!
– Дейзи, ты расстроишь мать и будущего мужа. Тебе их не жалко?
– А меня им не жалко? – насупилась я. – Крин, ну вот ты можешь представить меня в этом карнавальном костюме зефира?
– Очень милое платье…
– Милое, – пробурчала я и еще раз щелкнула ножницами.
Их, к слову, одолжила у однокурсницы. Ее мама держала небольшое ателье и за коробку вкусных кексов согласилась одолжить артефактные ножницы для моей маленькой пакости. Они были настоящим незаменимым помощником не только швеи, но и ведьмочки-рукокрюка, которая даже бумажку отрезать ровно не в состоянии.
Чик-чик, десять минут – и я совершенно довольна! Длиннющий подол, украшенный неприличным количеством страз, жемчужин и ленточек, бесформенным белым комком свалился на пол. А платье теперь гораздо лучше соответствовало ведьминому свадебному наряду.
