С магическими карими глазами,
Что никогда со мной
Не встретится...И я уж со слезами
Всё думаю о ней, -
Проходят вереницы дней.
Как птицы одинокие в горах всё плачут,
То смолкнут, и вновь зарыдают,
Так сердце моё уж не верит в удачу,
В любви одинокой ужасно страдает!
Живительный родник
Твоя любовь - живительный родник!
Если б даже я к тебе привык,
Как к одежде своей привыкают,
Долгий день допоздна её не снимают
Рыбаки, что весь день напролёт промышляют,
И из жемчуга-водорослей в ней соль выжигают,
Всё равно не единого дня
Не могу я прожить без тебя...
Не могу позабыть тебя и на миг,
От других, как я не стараюсь, не скрою,
До чего же твой образ стрелою
В моё сердце навеки проник!
На острове Карани, туманом скрытом поутру
На острове Карани, туманом скрытом поутру,
Где травы жемчужные срезают морские,
Уж если был бы я бакланом, что мне не по нутру, -
Бакланом, что у моря живёт,- бывают чудеса такие ?
Не думал бы я столько о доме своём,
Где я проживаю с любимой вдвоём!
Найти я не могу цветов расцветшей сливы
Найти я не могу цветов расцветшей сливы, -
Возлюбленной хотелось показать и задержаться допоздна
В саду, но выпал снег... как тучи шаловливы!
Не в силах я узнать, где сливы цвет, где снега белизна...
Когда ночной покров наляжет
Когда ночной покров наляжет
На гор гряду и дремлющий залив,
И тутовые ягоды ночь тёмная кругом размажет!
Вблизи деревьев яшмовых и слив
На чистой отмели так жалостливо плачут кулики, -
Достойно это поэтической строки!
Я снова в Ёсино
Я снова в Ёсино, о!.. край чудесный, -
Вершины горные увенчаны листвой,
Где мириады птиц, здесь птичий храм известный, -
Я растворяюсь в нём душой!
Земной чертог заоблачной царицы
Волнует сердце, будоражит ум!
И непрестанным щебетом шальные птицы
Ужасный подымают шум!
В весеннем поле я упиваюсь негой
В весеннем поле я упиваюсь негой
Средь мириады чарующих цветов.
Привольно мне с лошадкой пегой, -
Трепещут травы от её подков.
К возлюбленной переполняет сердце нежность, -
Душистый из фиалок соберу букет.
Всю ночь провёл в цветочном царстве. Свежесть
Повеяла уж, забрезжил розовый рассвет!
По мотивам любовной лирики великого японского поэта древности Отомо Якамоти (VII в)
Померанцы расцвели!
"О, когда же, о, когда?" -
Думал я в тот чудный миг.
Вот вечерняя звезда
Засверкала - лишь для встречи в сад проник.
Среди множества ветвей
Померанцы расцвели!
На закате в волшебстве теней
Прелесть несказанную вмиг обрели.
Но цветы раскрылись так,
Будто вот опасть должны!
Прелести цветов не затушует ночи мрак, -
Свет посеребрит сияющей луны.
Всё любуюсь, говоря: - Рано опадать!
Подождите, чтоб любимая полюбовалась.
Чтоб в саду со мной осталась, -
Мне так хочется о многом ей сказать.
Хоть один недолгий миг очарованья
Подарите ночью с ясною луной -
Зеркалом светлей воды, - произнёс я заклинанья
Померанцевым цветкам для той
С магией прекрасных карих глаз,
Ради той брюнетки, чей взгляд околдовал,
В чьих объятьях усладу нежностей познал.
Буду долго любить её, пока не угас
Жизни огонь в моих жилах.
Долго буду любить до конца
Моих дней. Но не в силах
Уберечь цветы я, чтоб пыльца
Понапрасну с них не облетала.
Как сильно я негодовал
На кукушку. Как гневом воспылал
На противную, чтоб она перестала
Громко петь от зари до зари,
Заставляя напрасно лепестки облетать.
И тогда я подумал: - Ну сорви
Же цветы для любимой... Остаётся сорвать.
Ничего не осталось другого,
Как сорвать для любимой цветы.
Полюбуйся же милая также и ты
На дары нам сада дорогого.
Померанцы, что цветут в саду
Среди множества ветвей,
Как хотел я, когда с ней приду
Ночью с ясною луной, показать моей
Ненаглядной милой деве.
Из-за песни громкой кукушки-негодницы противной
Я боюсь, чтоб понапрасну лепестки не облетели.
Любоваться я хотел волшебством цветков с брюнеткой дивной!
Время журавлиной стае прилететь
Ах, когда бы мне иметь
Белый жемчуг дорогой,
Смог бы одиночество презреть,
Окунулся б с головой
В прошлых лет амурные дела,
Вернулся б к той, кто с ума свела.
Белый жемчуг, говорят,
Рыбаки в стране Сусу находят,
В море на несколько недель подряд
К владыке синих вод выходят.
На глубоком дне морском,
Где запрятался усатый сом,
Там сокровища хранятся также
Для ныряльщиков отважных.
Мной возлюбленная - божество,
Что любима была мной.
Вспоминаю я с тоской
Прелестей желанных волшебство.
С той поры, как я ушёл рано утром на заре,
И покинул твой рукав,
Что служил подушкой мне,
Словно сердце сжал удав, -
До чего тоска сдавила,
Кареглазая в себя влюбила.
Ягод тутовых черней,
Чёрной ночью ты одна.
А когда-то был я с ней,
И, казалось, навсегда.
Без меня на ложе спишь.
А проснувшись поутру,
Ты, наверное, грустишь, -
Словно скрежет по нутру.
Чтоб тебя утешить, я
Белый жемчуг заверну,
И пошлю его тебе. И я думаю не зря
Разошлись на пару лет. К жизни я верну
Тебя. И разлуке быть конец,
И пойдём мы под венец.
Белый жемчуг сможешь ты
С ирисом и померанцевым цветком
Необычной красоты,
Нанизать на нить. С венком,
Что сплетёшь на радость в мае,
С нитью жемчуга вплетённой,
Жди... И время журавлиной стае
Прилететь... И я приду влюблённый.
О далёкий край
О далёкий край глухой
Государя моего!
Всё окупится с лихвой -
Ведь не просто удальство
В путь отправиться туда
По тропе, словно спираль
