— Думаю, она пришла требовать денег, а ее послали… в попечительскую службу. Нельзя в империи просто взять ребенка, и сказать: «Вот, сирота, моим будет». Нужна справка, что этот ребенок не разыскивается, что не маг, не наследник какого-то рода и так далее.
— Но я маг. И наследник?
— И наследник, — подтвердила я. — Господин Стейн уже работает над тем, чтобы ты мог официально заявить о себе.
— Получается, это не из-за меня… — он замолк.
— Получается, не из-за тебя, — согласилась я, прекрасно понимая, что он говорит о тетке Аде. — Расскажи, как ты попал к ней? Что произошло?
— Думал, вы знаете.
— Нет, так глубоко я не смотрела. Расскажешь? — попросила.
— Да я уж плохо помню. Папка… — он замолк на секунду и исправился: — Отец мой ученым был. Придумывал оружие разное.
Я мысленно присвистнула. Все оружейники в империи работали либо на короля, либо напрямую на императора. Были, конечно, и нелегальные умельцы, но барон явно к таким не относился.
— Я тогда играл с мамой в спальне, а потом отец прибежал, сунул мне в руки что-то. Я потом допер, что это портал, тогда не понял. Он сказал, что любит меня и попытался мать щитом прикрыть, — Том замолчал.
Мы остановились на перекрестке, пропуская автомобили. Я взяла паренька за руку, чтоб, задумавшись, не попал под колеса. Дорогу перешли, но руку он так и не выдернул.
— Я очухался в городе на окраине. На горизонте, где наше поместье — только столб пламени видать. Потом мне сказали, что был большой взрыв, и никто не выжил, — он сжал мою ладонь. — Может, отец напортачил со своими бомбами?
— Вряд ли, — выразила свое мнение. — Если он был ученым, значит, точно знал, как уберечь себя и вас от опасности. Время было смутное, скорее всего его убили, как человека, верного императору.
— Думаете?
— Да, Том, — подтвердила я.
— Получается, папка работал на императора? — в его голосе промелькнула гордость.
— Получается, так.
Сделала мысленную зарубку попросить Стейна отправить запрос императору. Если барон Мёркл был оружейником Николауса Первого, пусть его сын расплачивается с наследником по счетам.
— А что дальше? — напомнила Тому про рассказ.
— Про тетку Аду говорил уж. Потом, когда выгнала, на улице жил. Но зимой не выдержал, пошел в сиротский дом, — продолжил мальчик. — Там еды дали, сказали утром придут маги проверять. А ночью меня поколотили старшие, говорят, будешь все харчи отдавать. Я и убёг. Какая разница, где с голоду помирать?
— Убежал, — поправила я. — Ты же умеешь говорить правильно.
— Убежал, — согласился Том.
— А как ты в столице оказался? Ты же из Парлема?
— С цирком, — расплылся в улыбке паренек. — Я был ногами ассистентки, — гордо признался. — Мы прятались в ящиках, и ее кабута резали! А потом вот, — он показал в низ. — Лапы отросли. Директор предлагал учиться на гимнаста, но мне было скучно.
— И ты остался один в огромном городе?
— А чё мне? Я и сам справлюсь!
Я улыбнулась. Это не бравада, Том действительно справлялся. Да, голодал, да, жил на улице. Но не воровал и в шайку не вступил.
— Ты огромный молодец, — похвалила я. — Я бы так не смогла.
— Да ладно тебе! Ой! Вам.
— Что уж, давай на ты, — подмигнула парню.
Он аж расцвел весь.
Мы зашли в Обитель через ворота.
— Анна, — придержал он меня за руку.
— Что? — я повернулась к нему.
— Если бы я не сбежал из сиротского дома, меня бы вернули родственникам? — серьезно спросил он.
Я сжала губы.
— Скорее всего, да, если они живы, — ответила честно. — В худшем случае, перевели бы в императорскую гимназию для одаренных детей-сирот. Учился бы управлять магией.
Том понурился.
Тяжело осознавать, что одним неправильным поступком так круто изменил свою жизнь.
— Эй, — я погладила его по плечу. — Том, нельзя изменить того, что уже сделано. Все, что мы можем, это учиться на своих ошибках и стараться их не повторять.
Он шмыгнул носом.
— Я все ждал, что они меня найдут. Брат отца или бабушка. И у тетки Ады, и потом в цирке. Даже вчера, — он поправил снова сползшую шапку.
— Уверена, они тебя ищут, но ты отлично прячешься, — я улыбнулась. — Мы найдем их, обещаю.
Он порывисто обнял меня. И так же быстро отступил.
— Почему вы носитесь со мной? — задал неожиданный вопрос.
— Хочешь правду? — провокационно спросила я.
Он решительно кивнул.
Я снова взяла его за руку и медленно повела к административному корпусу.
— Где-то год назад я была заперта в Южной Обители совсем одна. И каждый раз, когда мне казалось, что я не выдержу и сломаюсь, я заглядывала к тебе голову. Сначала, чтобы узнать новости в столице. А потом просто погреться.
Он бросил на меня короткий взгляд, полный сомнений.
— Разве могла я сдаться, когда у меня был пример такой стойкости? — я улыбнулась. — Так что теперь просто возвращаю тебе твою помощь. А вот Стейну ты просто нравишься!
Мы поднялись на второй этаж.
— А почему тебя заперли в Обители? — опять он обратил внимание не на то, о чем я говорила.
Из кабинета вышла Сатхи, увидела нас и взмахнула рукой, подзывая.
— Так было нужно, — коротко ответила Тому. — Сатхи, познакомься, пожалуйста, это Том — мой воспитанник.
— Воспитанник? — удивилась старуха. — Когда успела?
Том засмущался.
