Иоахим Фест пишет в своей книге о Гитлере : «Он лю­бил мыслить и говорить превосходными категориями». Здесь — тот же случай: это язык демагога, который стре­мится втемяшить собеседнику мысль о своей правоте, чис­тоте, беззаветной преданности делу во имя родины, о сво­ем бескорыстном энтузиазме...

Однако о чем же была беседа? Она началась с вопро­са А. Проханова собеседнику: «В чем суть вашего либе­рального имперского проекта?» Чубайс называет первый и, надо полагать, самый важный пункт проекта: «Россия может и должна поддерживать русскую культуру за свои­ми пределами. Это имеет колоссальное значение». Очень патриотично! Все — за. Но, с одной стороны, кто же тебе мешал поддерживать или хотя бы только ставить этот во­прос? Ведь был и первым замом Ленинградского горис­полкома, и депутатом Госдумы, и первым помощником президента, и главой его администрации, и председате­лем Госкомимущества, и министром финансов, как Дизра- эли в Англии, и вице-премьером, и первым вице-премье­ром, и главным энергетиком страны. Ведь каждая из этих должностей давала огромные возможности. Как сказал Лу­кашенко: «Ты уже был во власти. Почему не работал? Мне 38 было, тебе 33 — 35. Что ж не работал?»

Нет, он работал, но в совершенно другом направле­нии — руководил ограблением страны и злорадно писал об этом издевательскую книгу «Распродажа советской им­перии». И вот теперь «позиционирует» себя, как говорят ныне любители изящной словесности, в качестве русского патриота. И рассчитывает, что ему кто-то поверит! Поищи- ка дураков в другой деревне — в той, например, где Сли­ска живет. Она, может, и поверит.

Но главное-то в другом — прежде всего надо поддер­жать самих русских людей, их оказалось за рубежом 25 миллионов, и в иных республиках— на положении людей второго сорта, унтерменшей. Где, когда сам Чубайс, или Ха­камада, или какая-нибудь еще хламидомонада из СПС хоть словечко молвили в поддержку, в защиту этих миллионов? А он — о культуре! После того, как публично признался в ненависти к Достоевскому... После того, как столько лет проводил людоедские реформы в самой России... Но если уж говорить только о культуре, то в первую очередь — о культуре у нас дома. Здесь столько работы! Вот мой дав­ний литературный односум Лев Аннинский взялся защи­щать стоматологов. Они, мол, тоже нужны. А кто против? Конечно, нужны. Как без них! Но порой на важнейших пя­тачках стоматологи оказываются в такой концентрации, что ведь яблоку другого сорта упасть негде. Например: Швыдкой, Познер, Сванидзе, Якубович, Архангельский, Со­ловьев, Ноткин, Павловский, Флярковский, и т.п. И на дру­гом пятачке — тоже густо стоматологов: Юрий Любимов, Марк Захаров, Галина Волчек, Роман Виктюк, Петр Фомен­ко, Анатолий Васильев, Константин Райкин, Александр Ка­лягин, Валерий Фокин, Иосиф Райхельгауз?.. Может, они уже притомились? Ведь самым молодым из них — шесть­десят, а иным завтра стукнет девяносто... А где тридцати- сорокалетние Станиславские, Вахтанговы, Охлопковы, Ру­бены Симоновы, Завадские, Берсеневы, Поповы, Гончаро­вы, Товстоноговы, Ефремовы и другие мастера высшего класса, но иной школы? Так вот, не заняться ли вам, Чу­байс, на одном пятачке, условно говоря, — расшвыдкова- нием, на другом — расзахариванием?

Но главное, чем может привлечь на нелегкий шаг пе­реселения в ее пределы та страна, где от болезней, недое­дания, бытового убожества народ ежегодно вымирает по миллиону, а певичке Пугачевой платят за один концерт 30— 40 тысяч долларов; страна, растерявшая всех дру­зей, кроме Беларуси, но и последним другом она не доро­жит до такой степени, что даже продает ей газ дороже, чем Германии; страна, где и в политике, и в быту, и в искусстве бешено вытесняется все традиционно национальное...

Пока Чубайс чешется в припадке русского патриотиз­ма, Лукашенко и здесь дело делает. Оказывается, в Бела­русь уже приехало много русских людей из Казахстана и Пугачевии. Если у приехавшего есть дети, то ему не толь­ко дают работу, жилье, но даже дом в агрогородке, а то и трактор, а тут и школа со спортивным залом и другими ценнейшими прибамбасами. Там доярка получает в месяц не менее 600 долларов. «В белорусской деревне это — не­куда деньги девать! Они довольны, они благодарны»,— говорит Лукашенко.

А Чубайс решил свой патриотический призыв о зару­бежных русских подкрепить еще и таким примерцем: «Для справки: у нас население больше японского всего на не­сколько миллионов, а территория Японии — это террито­рия Архангельской области!» И это говорит — «для справ­ки!»— человек, который наряду со словами «совершен­но» и «абсолютно» ужасно любит слова «точно» и «ровно». А ведь в этой справочке-то все уж так неточно, так неров­но! На самом деле Архангельская область это 587 тыс. кв. км, а Япония — 372, т.е. меньше на 215 — почти на целую Англию. И только если к ней присовокупить Курильские острова, Сахалин да еще Приморский край, тогда будет почти точно, примерно ровно. Видимо, Чубайс и проделал в уме такую патриотическую операцию, вполне допускаю, что невольно...

Перейти на страницу:

Похожие книги