Запорожский моторостроительный был не чужим для Климова. Начало его трудовой биографии было связано с санкт-петербургским акционерным обществом «Дека». И как раз в те годы для массового выпуска лицензионных авиационных моторов «Мерседес» и «Бенц» на Украине, в Александровске, строился мощный филиал общества. Очень живо вставал перед глазами конструктора большой макет александровского филиала, который он, тогда еще совсем молодой рабочий, с любопытством рассматривал в холле головного петербургского офиса.
Завод к 1917 году был уже построен, завезено самое современное по тем временам оборудование, но… революция, Гражданская война, интервенция, политическая и экономическая блокада, когда власть в Александровске переходила из рук в руки, практически уничтожили вновь созданное предприятие. Лишь спустя три-четыре года началось восстановление, а по сути – второе рождение теперь уже нового завода «Большевик» № 9. Позже город был переименован в Запорожье, а завод – в Государственный авиационный завод № 29.
Сначала здесь занимались выпуском поршневого двигателя водяного охлаждения «Испано-Сюиза», получившего обозначение М-6. С 1925 года, по заданию Авиатреста занялись освоением нового отечественного мотора М-11 конструкции Аркадия Швецова. Это уже был совершенно иной тип двигателей – воздушного охлаждения. И вот теперь Климов был направлен на завод, чтобы ускорить выпуск современных моторов опять же водяного охлаждения.
Совершенно недопустимая практика, когда внедрение всякого нового изделия как бы перечеркивало все предыдущие наработки завода. Вот уж благодатная почва для поиска вредительства в условиях, когда умудрялись находить даже черную кошку в темной комнате, если ее там и не было. Бесспорно, будут искать виновных в том, что завод, производивший в свое время моторы водяного охлаждения, был неожиданно переориентирован на двигатели воздушного охлаждения М-11, выпуск которых тоже никак нельзя было назвать успешным. И практически не закончив еще ту реорганизацию, теперь снова был вынужден осваивать новый тип мотора.
Завод лихорадило, многие цеха простаивали. Предприятие, которое еще в начале года никак не ожидало столь резких изменений, не могло набрать иной темп. Да и прежнюю производительность при всем желании нельзя назвать высокой. Вот только сводки двух первых месяцев тридцатого года:
И действительно, на заводе Климов вплотную столкнулся с кампанией по ликвидации последствий вредительства, которая была развернута практически по всей стране.
Центральная комиссия по ликвидации последствий вредительства была организована в Москве по окончании работы комиссии по чистке аппарата ВАО и заводов 8 июля 1930 года в составе представителей ВАО, ОГПУ, ЦК ВСРМ и УВВС. Одновременно начальником ВАО было отдано распоряжение организовать заводские комиссии на заводах: 1, 22, 23, 24, 26, 28, 29, 31 и Центральном опытном заводе в составе директора завода, секретаря партячейки, председателя завкома, представителя ОГПУ и военной приемки. В основу работы комиссии легли следственные материалы ОГПУ. Активность работы Центральной комиссии была крайне высока и служила примером заводским разбирательствам. Только за первые пять месяцев Центральная комиссия с участием представителей заводов, попавших в «черный список», провела 11 заседаний, разъясняя, что главное внимание вредителей было направлено на капитальное строительство, опытное строительство и мобготовность заводов.
Все необходимые распоряжения, материалы вредительских актов срочно направлялись директорам заводов для ознакомления и использования в работе.
