Чуть ночь превратится в рассвет,вижу каждый день я:кто в глав,кто в ком,кто в полит,кто в просвет,расходится народ в учрежденья.Обдают дождем дела бумажные,чуть войдешь в здание:отобрав с полсотни —самые важные! —служащие расходятся на заседания.Заявишься:«Не могут ли аудиенцию дать?Хожу со времени она». —«Товарищ Иван Ваныч ушли заседать —объединение Тео и Гукона».Исколесишь сто лестниц.Свет не мил.Опять:«Через час велели придти вам.Заседают:покупка склянки чернилГубкооперативом».Через час:ни секретаря,ни секретарши нет —голо!Все до 22-х летна заседании комсомола.Снова взбираюсь, глядя нa ночь,на верхний этаж семиэтажного дома.«Пришел товарищ Иван Ваныч?» —«На заседанииА-бе-ве-ге-де-е-же-зе-кома».Взъяренный,на заседаниеврываюсь лавиной,дикие проклятья дорогой изрыгая.И вижу:сидят людей половины.О дьявольщина!Где же половина другая?«Зарезали!Убили!»Мечусь, оря.От страшной картины свихнулся разум.И слышуспокойнейший голосок секретаря:«Они на двух заседаниях сразу.В деньзаседаний на двадцатьнадо поспеть нам.Поневоле приходится раздвояться.До пояса здесь,а остальноетам».С волнения не уснешь.Утро раннее.Мечтой встречено рассвет ранний:«О, хотя быещеодно заседаниеотносительно искоренениявсех заседаний!»[1922]<p>* * *</p>Вчера я случайно прочитал в «Известиях» стихотворение Маяковского на политическую тему. Я не принадлежу к поклонникам его поэтического таланта, хотя вполне признаю свою некомпетентность в этой области. Но я давно не испытывал такого удовольствия, с точки зрения политической и административной. В своем стихотворении он вдрызг высмеивает заседания и издевается над коммунистами, что они все заседают и перезаседают. Не знаю, как насчет поэзии, а насчет политики ручаюсь, что это совершенно правильно.
Владимир Ленин.«О международном и внутреннем положении Советской Республики. Речь на заседании коммунистической фракции Всероссийского съезда металлистов,6 марта 1922 г.»<p>* * *</p><empty-line></empty-line>Вы заняты нашим балансом,Трагедией ВСНХ,Вы, певший Летучим ГолландцемНад краем любого стиха.Холщовая буря палатокРаздулась гудящей ДвинойДвижений, когда вы, крылатый.Возникли борт о борт со мной.И вы с прописями о нефти?Теряясь и оторопев,Я думаю о терапевте.Который вернул бы вам гнев.Я знаю, ваш путь неподделен.Но как вас могло занестиПод своды таких богаделенНа искреннем вашем пути?Борис Пастернак.Надпись на книге «Сестра моя — жизнь», подаренной Маяковскому в 1922 г.<p>ИЗ ПОЭМЫ</p><p>«ВЛАДИМИР ИЛЬИЧ ЛЕНИН»</p><empty-line></empty-line>Неужелипро Ленина тоже:«вождьмилостью божьей»?Если ббыл онцарствен и божествен,я бот яростисебя не поберег,я быстал быв перекоре шествий,поклонениями толпам поперек.Я бнашелсловапроклятья громоустого,и покарастоптаняи выкрик мой,я бросал быв небобогохульства,по Кремлю быбомбамиметал: долой!<p>ВЕНЕРА МИЛОССКАЯ</p><p>И ВЯЧЕСЛАВ ПОЛОНСКИЙ</p><empty-line></empty-line> 
