— Хорошо, я тебе объясню. — Но сначала Санчия отпила из бокала. — Пряжа Сновидений обычно рассматривается как процесс, который проходит в своем течении четыре стадии. Это и впрямь похоже на работу за прялкой — ты берешь разные нити с тем, чтобы создать нечто прочное, полезное и — ты каждый раз надеешься — гармоническое. Первая и самая простая стадия заключается в истолковании сновидений. Почти каждый может заняться этим, настроившись на соответствующий лад, хотя можно только подивиться тому, сколько глупостей наговорили люди на эту тему. Вторая стадия заключается в том, чтобы увидеть истину, заключенную в сновидениях, признав одновременно и их связь с событиями повседневной жизни, и знание более высокого порядка, в них затаенное.
— А разве это не то же самое, что и истолкование? — спросила Ребекка.
— Нет. Истолкование может оказаться и истинным, и ложным. И то, и другое может оказаться в равной мере увлекательным, но универсальное значение присуще лишь правде.
Ребекка не была уверена в том, что полностью осознала смысл услышанного, однако она не осмелилась снова перебить Санчию.
— Третья стадия, — продолжила старуха, — подразумевает одновременное обретение во сне и прошлого, и будущего. Многие люди имеют фрагментарный опыт, соответствующий третьей стадии, однако сами не осознают этого.
— Ты хочешь сказать: это вроде того, как приходишь куда-нибудь и чувствуешь, что ты здесь уже была, хотя на самом деле знаешь, что попала сюда впервые?
Ребекка задала этот вопрос, чуть ли не наугад, так ей хотелось во всем как следует разобраться.
— Верно. — Старуха улыбнулась, энтузиазм ученицы ее явно обрадовал. — Но Прядущая Сновидения умеет воспринимать такие знаки в первое же мгновение.
— Я понимаю, что можно увидеть прошлое, — задумчиво произнесла Ребекка. Теперь, полностью сосредоточившись, она неторопливо подбирала слова. — В конце концов, прошлое содержится в Паутине… — Она посмотрела на старуху, та одобрительно кивнула ей. — Но как можно увидеть что-нибудь еще не случившееся?
— Время не является постоянной величиной в сновидениях, — указала Санчия. — А в рамках Паутины оно и вовсе не имеет значения.
Ребекка вновь смешалась: она верила всему, что говорила старуха, но точный смысл сказанного от нее ускользал.
— Не смущайся. Когда потребуется, ты все поймешь. — Голос Санчии вновь зазвучал хрипло. — Не привыкла я разговаривать часами, — добавила она и вновь отхлебнула вина. — Так на чем я остановилась?
— На четвертой стадии, — подсказала Ребекка.
— Ах да. Четвертая стадия. — Старуха сделала паузу, словно задумавшись над тем, как поточнее сформулировать свой урок. — Та, кого по-настоящему можно назвать Прядущей Сновидения, умеет досматривать собственные сны до конца. Умеет пользоваться ими для того, чтобы задавать вопросы или влиять на события, происходящие в мире бодрствования… Именно это ты и проделала в ходе шахматной партии.
Ребекка была потрясена услышанным. Хотя все объяснения, выдаваемые Санчией, казались здесь и сейчас совершенно естественными, нельзя было забывать и о том, как бы они прозвучали во внешнем мире — в мире за стенами этого шатра.
— Нормальное развитие заключается в том, чтобы пройти все стадии последовательно, от простого к сложному, — вела речь старуха. — Но ты вроде бы перепрыгнула предварительные стадии и оказалась сразу на последней. Поэтому ты должна испытывать страшную растерянность.
Ребекка уныло кивнула.
— Способность овладеть четвертой стадией есть признак истинного мастерства Прядущей Сновидения, значит, ты в своих поисках не допустила ошибок, — заключила Санчия. — А когда ты овладеешь и тремя предыдущими, то будешь обладать и знанием, и контролем. Знание приходит первым и является обязательным условием для последующего контроля, но ты, судя по всему, идешь в обратном направлении. — Немного помолчав, она добавила: — Талант у тебя бесспорный, но тебе предстоит еще многому научиться.
— Так научи меня, — взмолилась Ребекка.
— Подлинную науку тебе преподать смогут только долгие годы, — отрезала старуха.
— Но…
— Что тебе снилось в последний раз перед тем, как ты пришла сюда? — резко перебив ее и подавив малейшую возможность протеста, спросила Санчия.
После минутной паузы Ребекка поведала ей о соляном потопе. О том, как едва не задохнулась и была спасена женщиной, воздвигнувшей защитный барьер из букв.
— А ты запомнила, что за буквы это были? — тут же вмешалась Санчия.
— Нет. Их сочетания показались мне совершенно бессмысленными.
— В будущем тебе предстоит научиться запоминать такие вещи. — Старуха на какое-то время умолкла, погрузившись в глубокие размышления. — А в каком-нибудь из твоих более ранних снов ты букв не видела?
— Видела. — Ребекка вспомнила о фокуснике и о вырывающихся наружу червях. — Но все было так неразборчиво. Мне не удалось ничего понять.
— Но на этот раз буквы спасли тебя от соли?
— Меня спасла женщина.
— В следующий раз запомни буквы… — Голос Санчии словно бы поплыл, а когда она заговорила вновь, в ее тоне послышалась окончательная решимость. — Сейчас мне надо поспать, а тебя ждет подруга.
