– Наш юный друг пять лет провёл в ямах, – произнесла женщина на воларском, усаживаясь на край стола: она стянула длинные сапоги, в которых путешествовала по пустыне, и принялась массировать лодыжки. – А выжить там непросто даже исключительному бойцу.
– Ну, не всем же везёт воспитываться в Шестом ордене, да, Френтис? – подмигнул мужчина, чем снова вызвал неясное воспоминание.
– Он постарше, чем твой последний. – Женщина пристально посмотрела на собеседника. – Как там его звали?
– Карел Теклар, виноторговец средней руки. У него ещё была толстая жена и пять совершенно кошмарных отпрысков. Я немногого добился, хотя пришлось драть этих маленьких бестий на протяжении двух дней.
– Дар?
– Он самый, – кивнул мужчина. – Небольшая способность к прорицанию, о которой Теклар и не догадывался. Просто считал, что ему замечательно везёт в карты.
– В общем, невелика потеря.
– Точно, – согласился собеседник. Он встал, подошёл к Френтису и принялся пристально его осматривать, снова мучительно напоминая кого-то. – Мне всегда было любопытно, что именно случилось тогда в Унтеше, брат?
Френтис молчал до тех пор, пока женщина силой не принудила его отвечать.
– Советник Арклев Энтриль прибыл на переговоры с принцем Мальцием после альпиранской осады, привёз дары и предложение о торговле с Воларской империей. После того как я обыскал его на предмет оружия, он пожал мне руку. Во время последней альпиранской атаки на крепость он связал меня своей волей и заставил покинуть принца. Я побежал в порт и поднялся на борт его корабля.
– Уверен, это было для тебя неприятно, – произнёс мужчина. – Потерять такой шанс на геройское самопожертвование! Ещё одна байка в копилку мастера Греалина, чтобы пугать новичков.
Френтис ничего не понимал. Откуда ему все это известно?
– Впрочем, тревожиться тебе не о чем, – продолжал тот, отойдя в сторону и рассматривая оружие, развешанное по стенам. – Мальций выжил и вернулся к управлению Королевством – хотя, судя по всему, до своего прославленного папаши ему далеко.
– Мальций видел, как ты бежал? – поинтересовалась женщина.
– Нет, – помотал головой Френтис. – Я командовал на южном фланге, а он находился в центре. «Убежав, я бросил на погибель двести отличных парней. Вот они-то как раз хорошо видели моё позорное бегство».
– Значит, для всех ты остался бравым братом Френтисом, бывшим воришкой, который прославился благодаря своей службе Шестому ордену. И, к сожалению, погиб в последней атаке на город. – Они с женщиной переглянулись. – Это может сработать.
Она кивнула.
– Как насчёт списка?
Мужчина полез за пазуху и кинул ей сложенный пергамент.
– Длиннее, чем я ожидала, – заметила она, пробежав его глазами.
– Не сомневаюсь, что это вполне тебе по силам, – сказал мужчина, снова отпил из бокала и поморщился, как будто вино было кислым. – Особенно с помощью нашего дохлого оборванца.
«Оборванец»… Так Френтиса называл Нортах. А ещё Баркус. Но ведь Нортах мертв, а Баркус, как он надеялся, вернулся в Королевство.
– Что ещё? – спросила женщина.
– Тебе нужно добраться до Южной башни за сто дней. Там тебя найдут. Возможно, тебе захочется убить того человека, однако этого делать не стоит. Передай ему, что одного владыки фьефа недостаточно. И блудница тоже должна сдохнуть. Кроме того, у него должны быть сведения о нашем общем враге и план, как его убить – или, по крайней мере, сделать уязвимым, в детали он не вдавался. Что же до остального… – Мужчина осушил бокал, и Френтис заметил бисеринки пота, выступившие на его лбу. – Боль. Вечная, всепоглощающая боль в случае твоего провала. И так далее, и все такое прочее. Ну, ты сама все это знаешь.
– Да, его угрозы никогда не отличались оригинальностью. – Она спрыгнула со стола и подошла к камину, над которым висел тонкий меч. – Как насчёт привилегий?
Мужчина щёлкнул ногтем по бокалу, издавшему нежный звон, и улыбнулся.
– Жаль тебя разочаровывать, – ответил он.
Он разжал руку, роняя бокал на пол, где тот благополучно разбился. Мужчина же рухнул в кресло, стоящее у торца стола. Теперь лицо его было уже полностью покрыто потом, глаза затуманились… но снова вспыхнули, как только он перевёл взгляд на Френтиса:
– Передавай им всем привет от меня, ладно, брат? Особенно Ваэлину.
«Ваэлин». Ему захотелось кинуться на мужчину и выбить из него правду, но Френтис почувствовал сильное жжение, когда сжались путы и удержали его. Он мог только стоять неподвижно, сжимаясь от бессильной ярости. Мужчина ухмыльнулся в последний раз и продолжал почти шёпотом:
– Помнишь последнюю стычку с разбойниками? Ну, ту, зимнюю, незадолго до войны? Когда капли крови рубинами сверкали на снегу? Это был отличный денёк… – Его глаза закрылись, руки безжизненно соскользнули с колен, грудь опала.
– А сейчас, – сказала женщина, раздеваясь, – самое время принять ванну, как ты думаешь?
«Я должен её остановить».
